Переводчик ему переводит, медики тем временем рану ему обрабатывают, а она у него хоть и лёгкая, но один ведь хрен приятного мало. Не взвыл, но крякнул, когда ему её спиртом дезинфицировали. Выслушал перевод, о чём-то со своими поговорил, и снова у него вопросы, что в его весьма незавидном положении вполне естественно.

— Он спрашивает, досточтимый, ожидает ли сдавшихся в плен рабство у нас.

— Из вас плохие рабы. Сначала дерётесь так, что не возьмёшь вас, пока совсем не изранишь в схватке. Потом лечи вас от ваших ран, и какая от вас при этом работа? Потом ещё и смотри за вами в оба, чтобы не сбежали. А вы ведь и наши болезни ещё очень плохо переносите. От такой, которую наш человек перенесёт на ногах и будет ещё работать, ваш сляжет, и опять его лечи, и не всякого ещё вылечишь. Так-то вы крепкие, и силой боги вас уж точно не обделили, но к нашим болячкам ваше здоровье слабовато. А потом вы же ещё и решите, что лучше смерть, чем рабство и начнёте кто на охранника бросаться, чтобы тот убил, кто в море топиться, кто со скалы прыгнет и расшибётся насмерть. Всё ведь время за вами разве уследишь? Вы сами на нашем месте захотели бы иметь таких рабов? — наши-то лежмя легли от хохота, но и гуанчи тоже ухмыльнулись, выслушав перевод.

Снова они о чём-то меж собой заговорили. Тут как раз и до нас очередь раздачи жратвы дошла. Найдя запасную посуду, предложили поесть с нами и им. От вина гуанчи отказались, попросив вместо него простой воды, но сдобренную мясом кашу и хлеб умяли с удовольствием. Опять что-то обсудили меж собой, и снова вождь заговорил.

— Гуимар говорит, что людей в пещере очень много. Мало здоровых мужчин, но много женщин с детьми и раненых, которых придётся нести. Быстро вывести всех наверх не получится. Он сейчас пошлёт своих спутников в пещеру с приказом выходить всем, но просит потерпеть — это затянется надолго.

— Хорошо, пусть тогда выносят в первую очередь тяжелораненых. Наши лекари окажут им помощь, пока будут выходить остальные. До вечера управятся? После этого я прикажу зажечь костры и бросить в них серу, и если кто-то останется там, то там и умрёт.

— Он говорит, что понял и прикажет вывести всех. Но что с ними будет дальше? Он не властен заключить с нами мир без их главного вождя.

— Не о том ты беспокоишься, Гуимар, — хмыкнул я, — Вы — наши пленники, и для вас эта война уже закончилась. У меня уже две сотни ваших раненых в плену, и с вами не обойдутся хуже, чем с ними. Главные трудности вас ожидают после заключения мира. У вас останется мало земли, особенно возделанной и дающей урожаи. От ваших стад у вас тоже мало что останется. И наше войско мы ведь не можем оставить совсем без добычи, и ваших западных соседей нужно ведь тоже чем-то удоволить за то, что они получат не так много вашей земли, как хотели. Мы будем кормить тех, кто будет помогать нашим людям в строительных работах. Если вы дадите людей в помощь нашим рыбакам, они поделятся с вами уловом. Много ли вы наловите рыбы сами с берега или с ваших плотов? Её больше всего дальше в море, и наши рыбаки умеют ловить её. Помогая им, и ваши тоже получат гораздо больше рыбы, чем добыли бы сами вашими способами.