Светлый фон

Закрываю глаза и лежу какое-то время, балансируя между сном и явью. Было бы неплохо позвонить домой, но телефонистка обязательно разрушит всю легенду и попросту меня спалит, сказав: «Три-семнадцать-двадцать восемь? Новосибирску ответьте».

А может, в Новосибе уже существуют междугородние телефоны-автоматы, те, что за пятнадцать копеек? Вряд ли… Вроде их время ещё не пришло. Я прислушиваюсь. В квартире тихо, девчонки легли.

На кухне капает кран и чуть слышно бубнит радио.

«В эфире программа радиостанции «Юность» Для тех, кто не спит»… Начинает играть музыка. Тихая и умиротворяющая, что-то типа оркестра Поля Мориа.

Надо бы встать и выключить, хотя я и так засну, причём на счёт три.

«Позвонить», — сонными всполохами играет мысль.

Позвонить, да, было бы неплохо позвонить… Рыбкиной… От этой мысли даже сон ненадолго отступает. С чего бы это? Причём здесь она? Не знаю, но от мысли о Наташке в груди вдруг становится чуть теплее. Глупости всё. Не до этого мне сейчас, если приспичит, вон две боеготовые подруги ворочаются рядом. Хорошо, не две, а одна… Хотя, может и две… Додумать эту мысль я не успеваю, проваливаясь в темноту.

 

Утром я просыпаюсь от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Я не тороплюсь открывать глаза. Приоткрываю их совсем чуть-чуть, чтобы появилась очень узкая щёлочка, а наблюдателю было бы незаметно. Я так умею.

Рядом стоит Айгуль. На ней по-прежнему тонкая футболка, а вместо шортов узенькие трусики. Она разглядывает меня. Одеяло, судя по всему, упало во сне. Я лежу на спине в нелепых серо-чёрных семейниках, но это, как говорится, полбеды. Основная же беда физиологическая и заключается в утреннем приливе крови.

Собственно, судя по всему, именно этот феномен и привлекает внимание Айгуль. Мне становится смешно и я открываю глаза.

— Привет, — улыбаюсь я. — Хочешь посмотреть поближе?

— Идиот озабоченный, — бросает она и, покраснев, выскакивает из комнаты.

 

Я сегодня очень-очень

Я сегодня очень-очень

Сексуально озабочен…

Сексуально озабочен…

 

Ладно, надо подниматься. Сегодня мы с Баксом едем договариваться к какому-то коммерсу по алкоголю. Нам же нужно, чтобы всё было лакшери. Один только Бакс меня и понимает.