Едва получив назначение, молодой князь новгородский в сопровождении дядьки по мамкиной линии Добрыни выдвинулся в путь, а так как в это же время в Полоцк направился княжич Рагдай с тремя сотнями ветеранов отцовской дружины, то и поехали они вместе. Владимиру безопасней — мало ли татей по дорогам шастает, а Рагдаю — возможность представить бате нового хозяина Новгородщины как ближайшего соседа.

Несмотря на юный возраст, на взгляд лет пятнадцать-семнадцать, черноволосый Владимир широкоплеч и статен. Глаза синие и цепкие, губы всегда готовы расплыться в белозубой улыбке. Такие породистые экземпляры очень нравятся бабам. Не удивлюсь, если и этот расплодит ублюдков от холопок и теремных девок по всему Новогороду. Подумал так и сразу получил укоризненный укол от рожать, а я ее до сих пор в жены не взял.

Надо бы с этим князьком подружиться, глядит он на меня вполне доброжелательно, даже успел поблагодарить, что приютил его давнего киевского корешка Юрку.

И закралось у меня подозрение, что сказка Вована о боязни за сына из-за мести какого-то там знатного варяга есть не что иное как художественный вымысел. Уж больно Владимир с Юркой рады друг другу, чуть ли не в обнимку бродят да шепчутся беспрестанно как давние кореша, у которых есть что скрывать. По ходу, накосорезили парни в столице киевского княжества, у княжича, понятное дело, железная индульгенция, а вот Юрка спрятали от наказания подальше.

Заморскими же гостями, о которых упоминал Рагдай оказались доверенные лица нескольких очень почтенных византийских купцов, стремящихся расширить географию своей торговли за счет русских земель. Доверенных лиц, собственно, приехало всего трое, остальные двадцать человек — слуги и охрана. Хотя, лучше охраны, нежели полоцкая дружина придумать сложно. Повезло ромеям с попутчиками, ибо по дороге они успели заручиться поддержкой Рагдая в вопросе организации в Полоцке торгового представительства или по простому — ромейского двора как в Киеве, рассчитывая на покровительство Рогволда. На что Дрозд скептически хмыкнул и сказал, что с ромеями равно как с магометанами и прочими индусами Полоцк давно торгует безо всяких дворов. Чтобы снарядить и отправить торговый поезд никакой двор не нужен. Всякие там дворы и посольства это — сборище соглядатаев и шпионов.

К закату, когда подоспел поздний обед, Сологуб позвал присутствующую старшину в избушку мастеровых отведать вареной зайчатины и обсудить насущные дела. Помимо Владимира с Добрыней, пригласили Эйнара и троих нарочитых ромеев. Сносно болтал по-русски лишь один из них — чернявый красавец по имени Леонидас. Впрочем все они далеко не блондины, южная кровь видна сразу какую шубу и шапку не напяль.