— Госпоже президенту не получится проигнорировать ситуацию. Будь это исключительно внутрикорейским делом, тогда, возможно. Но скандал уже стал достоянием международных средств массовой информации, а зная, как в Хангук любят выглядеть хорошо в глазах вегугинов, считаю, — мои шансы получить свободу, именно сейчас весьма велики.

Самчанин задумывается на несколько мгновений.

— Что ж. — кивнув, соглашается она. — План выглядит разумным.

— Госпожа НаБом. — говорю я. — Примите искреннее извинение за то, что мои действия создали вам проблемы. При обсуждении условий заключения двустороннего договора с представителями госпожи президента, — я буду настаивать, чтобы в него было включено отдельным пунктом условие — отсутствие каких-либо санкций в отношении вас.

— И как ты собираешься контролировать выполнение этого пункта? Наказание можно получить позже, не сейчас.

Обдумываю слова собеседницы.

— Тогда, — меняю я своё предложение. — Найдёте меня. Я уже стану суперзвездой и найду возможность компенсировать ваши неудобства.

— Хорошо, ЮнМи. — не улыбнувшись, отвечает самчанин. — Я запомню твои слова. И ты не забудь.

— Никогда. — обещаю я.

— У меня есть ещё один вопрос к тебе. — сообщает начальница. — АйЮ хочет встретиться с тобою.

Пока собеседница пытливо смотрит мне в лицо, видимо намереваясь считать с него эмоции, — я размышляю. Для организации свидания «Милашка нации» могла использовать ресурс своей организации, но вместо этого действует через начальницу исправительного учреждения. Почему? Наверное, в чём-то неуверена. А о чём она хочет беседовать? Ну, как понимаю, ДжонХёна уже похоронили, она освободилась и теперь ей нужно заняться судьбой Солли. И даю голову на отсечение, — она не знает, как. Возможно, хочет притащить онни с собою, сконтачить нас, а дальше — моя ответственность. Ну уж дудки! Я тоже не знаю, что делать и класть себе на плечи груз чьей-то судьбы не намерен. Пусть сама занимается.

— Нет. — говорю я НаБом. — Никаких встреч.

— Почему? — удивляется та.

— Не хочу.