— АйЮ сказала, что знает, что ты станешь отказываться. Но она всё равно просит разрешения на встречу.
Ну точно здесь нечисто! Нет уж, фигушки! Сами!
— НаБом-самчанин, — обращаюсь я к начальнице. — Вы знаете, какие слухи ходят в «Анян»? Будто на самом деле ДжонХён умер от моего проклятия, а не от чего-то там другого. Простое человеческое желание помочь, — обращается против меня. Вы можете гарантировать, что новый разговор с АйЮ даст другой результат?
Начальница задумчиво молчит, не торопясь что-нибудь говорить.
— Думаю, — нет. — отвечаю вместо неё. — Никто не может этого обещать. Поэтому отказываюсь от какого-либо общения с АйЮ. Никто ведь не хочет новых эксцессов?
Смотрю ей в глаза и, сделав паузу, говорю: По крайней мере, — я точно не хочу.
— Хорошо. — поиграв со мною в гляделки, соглашается НаБом. — Поняла тебя, ЮнМи. Передам твои слова АйЮ.
— Спасибо, самчанин.
[*.*] — Вау! Вы видели репортажи из «Анян» на центральных новостных каналах? О том, как Пак ЮнМи вручили премии «Хьюго» и «Грэмми»!
[*.*] — Ага. Только «картинка» была без звука.
[*.*] — Понятно, — почему. В Японии показали полностью, ничего не вырезали. ЮнМи там такое несла!
[*.*] — И что же она «несла»?
[*.*] — В общем, будь я корейским президентом, то на её месте я бы подала в отставку.
[*.*] — Настолько всё плохо?
[*.*] — Хуже, чем можно представить. Не понимаю, чем занято наше правительство? В стране действительно полным ходом идёт депопуляция, а оно вместо этого преследует человека, зарабатывающего для