— ЮнМи, — проникновенно произносит она. — Ты ведь умная девушка и не можешь не знать, что длительное голодание очень вредно для организма. Ну-ка, покажи мне язык.

С готовностью выполняю просьбу.

— Вот, — осмотрев предъявленную часть тела, удовлетворённо констатирует аджума. — Всего третий день отказа от пищи, и уже огромный налёт на языке. На, полюбуйся!

«Да уж… — думаю я, брезгливо рассматривая в полученном зеркальце появившиеся отложения. — А я ещё подумал, когда сегодня зубы чистил, язык какой-то странный… Вон оно чё, оказывается!»

— Последствия будут только нарастать, — озабоченным голосом предупреждает врачиха. — Нельзя настолько беспечно относиться к своему здоровью. После аварии прошло уже много времени, но твоя память так и не восстановилась. Это показывает, что твой мозг по-прежнему не функционирует должным образом. А вместо поддержки и лечения ты лишила его полноценного питания. Ты что, — хочешь стать сумасшедшей?

Как-то об этом моменте я и не подумал… О своих мозгах. Точнее о мозгах ЮнМи… Короче, об общих мозгах. Они ведь, действительно, стукнутые. И если их не кормить… И вправду, кто его знает, как они себя поведут? Отключат сами себе какую-нибудь часть, в целях экономии, а я — «чудить начну» … Народ обрадуется, на обследование потащит, а оттуда — в дурку. Вот весело будет…

— Готова выслушать ваши предложения, — сообщаю я собеседнице.

— Прекращай голодовку и заботься о своём здоровье.

— Каким образом?

— Полноценный сон, правильное питание, физическая активность. Ты ведь занимаешься танцами? Вот и отлично. Вернись к своему увлечению. А я назначу тебе поддерживающий витаминный комплекс. И твой мозг будет работать словно часовой механизм.

Обдумываю. В принципе, ничего нового: стандартный набор для здорового образа жизни. Аджума правильно говорит, однако не одним здоровьем жив человек. Есть ещё цели, ради которых он и «бултыхается». К примеру, у меня — выйти на свободу. И затеянное противостояние может в этом помочь. Уж потерплю немного. Больше двух недель страдать не стану, а за это время ничего с организмом фатального случиться не должно. Я же не дистрофик? Нет. В организме есть чему «таять». Дотяну.

— Сожалею, уважаемая госпожа, но я не собираюсь отказываться от своего решения, — отрицательно покачав головой, сообщаю я. — Всецело признавая правоту ваших слов, тем не менее, я продолжу голодовку до тех пор, пока мои законные требования не будут выполнены.

— А какие у тебя требования?

— Освобождение и признание незаконности вынесенного судебного решения, — улыбнувшись, называю я свои условия.