А пожалуй и вправду, два упоротых гения могли бы найти общий язык.

- Там слово за слово… он предложил поучаствовать в эксперименте. Я согласился. Не столько из-за эксперимента. Скорее мне было интересно, насколько удалось восстановить способности.

- И насколько?

- Скажем так… почти полностью. Правда, дар слегка изменился, но, возможно, это связано с его бесконечными экспериментами. Я их не одобрял. Есть вещи, которых не стоит касаться.

- Тьма?

- Или скорее деструктивная энергия. Она опасна, - Карраго снял берет и пригладил волосы. А ведь залысины уже явные. И на макушке сквозь седину просвечивает розоватая кожа черепа. – Впрочем, я высказал свое мнение.

И не был услышан, судя по тому, что Алеф применил там, в палатке.

- Но наше сотрудничество продолжилось. Он спрашивал совета в некоторых вопросах. Я… получил возможность на практике испробовать некоторые его наработки. Он и вправду был гением.

Кто бы спорил.

- Как бы то ни было, в какой-то момент его работы изменились. Очень сильно. И тогда-то он признался, что сумел раскрыть кое-какие тайны Древних. Рассказал о свитках, к нему попавших… я не поверил. Все же он не умел врать. Мы… почти прервали наше сотрудничество. По его инициативе. Но после… после он прислал мне записку. Просил о встрече. Тогда-то и рассказал… о многом.

Не обо всем.

И Карраго тоже это знает. Потому и вновь не спешит, положил берет на колени, поглаживает перышко. Взгляд рассеянный.

- Он показал мне машину. И те пластины… ты знаешь?

- Знаю, - сказал Винченцо. – Он довольно подробно описал все.

Маленькая ложь. И Карраго её принимает.

- Он был гением, да… но при этом, как случается со многими юными гениями, он был слеп. Он уперся в эту безумную идею о гибели мира, не желая видеть ничего кроме.

- А что еще надо видеть?

Смешок.

И во взгляде тоже насмешка. И в какой-то момент Карраго выглядит даже… безобидно. Пожалуй.

- Если предположить, что эти пластины суть книги, а механизм – устройство для их чтения, хотя, конечно, не совсем ясно, ведь обычные книги куда удобнее, но, возможно, дело именно в хранении. Материал, из которого сделаны пластины, устойчив к воздействию кислот и щелочей. Он не становится хрупким при замерзании, не плавится. Он лежит в воде и не ржавеет, даже в морской воде. А стало быть, идеальный вариант, чтобы сохранить знания на века.