- Просто попытайся помнить, что он старый хитрый лис, который всегда ищет свою выгоду.

Забудешь тут.

Хотя… Миха, как выяснилось, уже забыл.

- Ладно, - Миха подхватил сумку. Надо будет рюкзак изобрести. Как-нибудь потом, сразу после спасения мира. – Голову потерявши по волосам не плачут. Разберемся.

Сумерки.

И дым пусть не рассеялся полностью, но пахнет не только смертью. Пылью. Камнем. Близкой осенью. Переступают с ноги на ногу лошади, фыркают, косятся на упыря, который держится в стороне, но рядом. Он присел на корточки, опираясь костяшками пальцев в камень, и глаза прикрыл.

Чуть покачивается.

Тварь рядом с ним просто сидит, пялится в небо, словно луну выискивая. Того и гляди завоет.

А людей вот почти нет.

Барон.

Арвис рядом с ним. И Такхвар. Оба хмурые, но… перечить не спешат.

- Пока… меня нет… и если вдруг я… не вернусь, - голос мальчишки все же срывается, и ясно, что он напуган, а еще, что он все одно подросток, даже если пытается казаться взрослым. – То наследником будет мой… брат. Который выживет. Помогите ему…

Пафосно.

И снова в ответ тишина. Стража где-то там, в замке. И на воротах тоже, но в сумерках не разглядеть людей. Да Михе и не хочется.

Если они правы, то чума уйдет вместе с ними.

Если…

Если нет, то… то все одно они ничем не помогут оставшимся.

- Матушку похороните… как положено.

- Да пребудут с вами боги, - Такхвар кланяется, причем низко и, кажется, вполне искренне. – Верю, что вы, как подобает истинному де Варрену, вернетесь, овеянный славой…