— Ну, дело ясное, — задумчиво произносит Ферик. — Ладно, говори, Абрам, что думаешь.

Ясное? Да чего же здесь ясного-тр? Мне, например, совсем не ясно, какого хрена Парашютист все эти разборки устроил. Какая цель у него? Цвет ему выделил поляну, там окучивать да окучивать, нормально можно бабла поднимать.

Уважение, почёт, авторитет — всё у него есть. И зачем тогда? Думал, что весь город под себя подомнёт? Ну, это даже такой дебил, как он ожидать не мог. И я здесь всё-таки зачем? Как свидетель или как обвиняемый? В чём обвиняемый?

Грузин теребит себя за нос и задумчиво переводит взгляд с одного на другого. Помолчав, неторопливо и важно, тщательно произнося каждое слово, говорит:

— Я думаю, Цвэт действовал по обстоятельствам. Рэагировал! То, что сам в одиночку всё по Сэргачу решил, нэправ, конэчно, но раз доказательства желэзные, можем простить. А по второму дэлу… Тут тоже ясно. Парашютист походу возню мышиную затеял, чтобы у Цвэта дела забрать и раздэрбанить между своими шакалами. Думаю, надо с него корону снять, а Цвэта отпустить с миром.

— Понятно, — кивает Ферик. — Кот?

— По Парашютисту согласен, — с улыбочкой говорит тот.

Правда на кота похож, на ленивого и наглого.

— Ты чего, Кот?! — расширяется Парашютист. — Ты же сам велел…

— Тихо! — прикрикивает вдруг Фархад Шарафович. — Тебе слово раньше давали! Теперь помолчи! Продолжай, Кот.

— А по Цвету согласиться не могу, — продолжает Кот. — Не по закону он повёл себя, неправильно. Это какой пример молодым ворам? У кого в руке волына, тот может делать что хочет? Мы что стая свиней? Нет, мы воры. Этим всё сказано. Короны с обоих и точка. Моё слово.

Ферик задумывается. Воцаряется тишина, никто её не нарушает.

— Ну что же, — наконец говорит он, тяжело вздыхая. — Трудное решение, но принять его надо. Думаю, Абрам в этой ситуации…

Он замолкает, облизывая пересохшие губы и тянется к бутылке «Нарзана». Медленно наливает шипящую жидкость в фужер и, поднеся к губам, делает три больших глотка.

— Во как, — удивлённо качает он головой. — Даже горло пересохло. Короче, думаю, что Абрам … неправ, а Кот прав. Корону с обоих.

Лицо Кота расплывается в широкой самодовольной улыбке, а у меня отвисает челюсть. Чего? Выпнуть из законников? Парашютист меня не интересует, хрен бы с ним, как говорится, а вот с Цветом у меня связаны большие планы и если его понижают в иерархии, это ставит планы под угрозу.

Блин, двадцать штук-то он спокойно взял, «да-да» говорит… И что теперь? Вот же урка хренов. Нельзя им верить, сто раз зарекался. Поговорить он со мной хотел, «приезжай, пожалуйста». Охрененно поговорили! Лучше некуда! Он меня и с джинсой ещё так же подставит козлина.