— Там всё-всё есть! — воспользовавшись отсутствием младшей сестры, которая заняла ванную, восторженно шепчет СунОк на ухо маме. — Офис, весь оборудованный. Компьютеры. Интернет оплачен на год. Там знаешь, какой пол в танцклассе? Из дорогих пород дерева! И зеркала во всю стену, — словно из какого-то специального стекла! Отражается всё, вот как есть!
Мама, сделав «большие глаза», удивлённо качает головой, внемля словам дочери.
—… Вешалки для костюмов. — восхищённо продолжает перечислять та. — пустые пока, но плечики для одежды уже приготовлены. Музыкальная система, для занятий танцами, и стул такой, высокий, чтобы хореографу смотреть в зеркало поверх голов… А на втором этаже… Кровать есть! И ЮнМи сказала, что будет ночевать в офисе!
СунОк отклоняется в сторону, чтобы с расстояния оценить впечатление от этой новости. Мама вообще максимально распахивает глаза и не веряще качает головой.
Удовлетворившись произведённым эффектом, СунОк снова наклоняется к маминому уху.
— Вообще, вообще, всё сделано на отлично, словно для своей половинки! — восклицает она. — Даже в холодильнике была курочка! Позаботился, чтобы ЮнМи не проголодалась!
— А ЧжуВон был там? — спрашивает мама.
— Нет. — вздыхает СунОк. — Передал сообщение через ЁнЭ, что его отправляют дежурить на две недели на демаркационную линию. Там запрещено пользоваться телефонами.
— А что ЮнМи на это сказала?
— Сказала, что он специально скрывается, потому что никак не может дать ей договор о сотрудничестве. И он её уже достал.
Мама, в который раз, огорчённо качает головой.
— А как она отреагировала, когда увидела, как он для неё постарался, сделав такой хороший офис?
— Никак. Ходила с таким видом, словно так и должно быть!
Мама скорбно поджимает губы.
— Дочка, — пару мгновений спустя, просит она СунОк. — Скажи своей младшей сестре, что нельзя себя так вести. Нужно быть благодарной.