— Итак, красавицы… — проходя вдоль строя произносит ЮнМи. — Неприятно, но ничего фатального. Есть повод заниматься, повод расти в мастерстве… Прямо сейчас могу предложить две песни, написанные словно специально для вас. Плюс, — хореография и костюмы. Пока это всё находится у меня в голове, но в ближайшее время оно будут материализовано из мыслеобразов. Сейчас я хочу определить, насколько ваши тела готовы к исполнению одной из этих песен. Для этого, мне нужно увидеть их физическое состояние. Все демонстрируем мне свой пресс!

— Покажите. — кивает «тормознувшим» девушкам ИнХон, встав с кресла и подойдя к группе.

Участницы беспрекословно поднимают вверх одежду и держат её в ожидании разрешения опустить. ЮнМи проходит вдоль строя, внимательно осматривая представленные части тела.

— Всё, приводите себя в порядок, — произносит она, увидев всё, что хотела. — ГюРи и ЁнДжи нужно подкачаться. На животе есть излишки, с которыми следует распрощаться.

Названые по именам, опустив головы, рассматривают свои пузики в поисках жировых отложений.

— Песни будут на корейском языке? — спрашивает директор у ЮнМи.

— На японском. — отвечает та.

— Нельзя ли, чтобы они были на корейском?

— Для чего?

— Хочу, чтобы «Кара» получила в Хангук музыкальную премию.

— Зачем вам это надо, господин директор? Музыкальный рынок Японии гораздо больше корейского. И, соответственно, денег на нём можно заработать тоже, больше.

— Считаю, что к «Каре» сформировалось необоснованно предвзятое мнение. Хочу доказать всем, кто считал, что я собрал негодную группу, что они ошибались.

ЮнМи несколько секунд смотрит директору в глаза.

— Хорошо. — соглашается она. — Запишем сразу два варианта, — на корейском и японском.

Девушки чуть слышно выдыхают.