— А во-вторых?

— На строках я планирую задействовать примерно двадцать пять-тридцать тысяч персов.

— Вот это уже интересно. А ты думаешь, Рязанский тракторный с такими объемами справится?

Глава 11

Глава 11

Ормазд Персидский не возражал против того, чтобы его подданные отправлялись на заработки к «северянам». Прежде всего потому, что там работников неплохо учили и они, вернувшись домой, становились очень хорошими работниками на фабриках, оснащенных русским оборудованием. По крайней мере на всех почти текстильных фабриках ремонт ткацких и прядильных станков почти полностью производился такими «специалистами». Ну да, они не всегда могли справиться с поломкой, но они всегда могли объяснить парням из русского сервисного центра, что у них конкретно сломалось и какие запчасти нужно с собой захватить. А последняя «инициатива северян» вообще его порадовала. Для сельского хозяйства Персия успела закупить около шести тысяч тракторов — на большее количество пока просто денег не хватило. Со временем, конечно, хватит — но по новой программе персидский рабочий, уехав на работу куда русские скажут, возвращался домой (всего-то через пять лет) с собственным трактором или с полным комплектом навесных орудий к нему. Причем если ехали работать пятеро, то через два года они возвращались имея и то, и другое — просто меньше чем на два года русские рабочих не брали.

Правда от такого рабочего изначально требовалось наличие школьного образования и определенный уровень знания русского языка — в результате чего во многих уже открытых школах в классы набивалось до сотни детишек, а учитель русского языка где-нибудь вдали от железной дороги жил уже получше местного жреца.

Поначалу «на заработки» ехали в основном те, кто успел с русскими поработать на постройке железной дороги — но таких было мало, ведь после строительства большинство из них находили хорошую и сытную работу на самой дороге. А с осени на заработки ринулась деревенская (и не только деревенская) молодежь: «северяне» объявили практически неограниченный набор рабочих именно по «тракторной» программе. Правда сейчас срок контракта устанавливался именно в пять лет, но это мало кого останавливало, ведь наличие трактора в семье автоматически делало эту семью как минимум зажиточной…

А трактора для этой программы делались в Рязани. Кроме уже шестой версии «Рязанца» там вот уже четыре года производилась и совершенно новая модель минитрактора с восьмисильным двигателем. В тракторе вообще не было ничего «электрического», он даже заводился кик-стартером, а для облегчения пуска в мотор вставлялся работающий на той же солярке «нагреватель» — мини-подобие керосиновой лампы с «баком» на одну чайную ложку солярки.