Боль сковывала его. Каждая секунда казалась минутой, движения замедленными и вялыми.

Лиам проверил служебную дверь — теперь она виднелась в десяти ярдах слева от него. Он встал на колено, наполовину повернулся и открыл прицельный огонь, когда Лютер, согнувшись вдвое, побежал к нему.

Шальной патрон отскочил от крышки холодильника.

Лиам пригнулся…

— Сзади! — крикнул Лютер.

Ощущение движения.

Две тени выскочили из служебного входа слева.

Лиам упал на спину, когда над его головой загрохотали выстрелы. Развернул M4, уже сжимая пальцем спусковой крючок. Он открыл огонь по врагам, пытавшимся обойти его с фланга.

М4 прошила свинцом их торсы. Отстрелянная латунь звенела по кафельному полу.

Кровь брызнула из горла первого врага. Второй упал, но выстрелил, пока падал.

Пули попали в холодильник в дюйме от лица Лиама. Шрапнель раздробила ему щеку. Сильное жжение, словно тысячи игл пронзили его плоть.

Ошарашенный, он поднялся на ноги, судорожно осматриваясь. Ища укрытие от перекрестного огня. Их обстреливали по крайней мере с двух направлений. Возможно, с трех…

Хлоп! Хлоп!

Резкая боль в позвоночнике. Его ноги подкосились. Лиам плюхнулся рядом с холодильником, как рыба, выброшенная на берег.

Он извернулся, поднял карабин и прицелился в новую угрозу за своей спиной.

В трех ярдах позади него, слева, Лютер встал на одно колено. Он стрелял очередями по три патрона.

С криком человек, одетый в черную униформу, выскочил из-за прилавка из нержавеющей стали. Пистолет с глушителем выскользнул из его руки.

Когда он падал, Лиам всадил в него остаток магазина. Мужчина тяжело рухнул на пол.

В этом хаосе один из врагов, должно быть, незаметно выбрался из узкого места на входе. Он обошел их сзади, прежде чем открыть огонь.

Теперь он мертв, но успел причинить вред.