Зайдя в комнату, он стал свидетелем, как Никки достал небольшую черную коробочку со штырьком, нажал кнопку и сказал:

— Мама, все видела?

Коробочка зашипела и вполне узнаваемым голосом Марии Федоровны, ответила:

— Да, сынок, и видела, и слышала. Ты был просто бесподобен. Отец гордился бы тобой.

— Мне страшно, мама…

У Николая Николаевича полезли вверх брови. Несколько минут назад Никки вытирал ноги об этих обнаглевших союзников, а теперь его реально трясет, как обычно трясет новобранца после первого кровавого боя.

— Все нормального. Генерал Оргулов должен быть где-то рядом.

— Я так до конца и не понял вопрос со Штюрмером…

— Оргулов его сводил в свой мир.

— Не посоветовавшись с нами?

— Он поставил меня в известность о своем желании, и я не препятствовала. Ты сам знаешь, что это все большая импровизация и нам срочно нужна была замена Сазонову, а Штюрмер ему хорошая замена, особенно перед переговорами с Вилли. Он, кстати очень напуган и опять передавал предложение пообщаться. Видимо, как посчитал, что новороссы будут теперь тоже лупить его войска, впал в уныние.

— На меня тоже пару раз выходили. Думаю, устранение Бьюкенена и Палеолога будет хорошим сигналом.

— Да, но надо закончить военную составляющую, чтоб и Вилли, и, хотя бы, его дети зареклись косо смотреть в сторону России и даже не помышляли о любых ультиматумах, а то ишь моду взяли.

— Само собой. Как мне доложили, «Утенок» уже в воздухе и главный удар будет нанесем минут через двадцать.

— Что там дядя Николай?

— В шоке, стоит слушает.

— Хм, передавай ему привет. Я тоже подключусь ко второму оперативному каналу и присоединюсь к просмотру, по нему как раз идет трансляция из Севастополя…

Я все это тоже видел и слышал. Николай, как мне показалось, при наблюдении через две высококачественные камеры со звуком, отработал на пять с плюсом.

Но, то что было сделано, фактически являлось чуть ли не объявлением войны и в ближайшее время нужно было ждать привычных для англичан действий — ликвидация руками заговорщиков высших лиц империи, и переход власти к более лояльной ветви императорской семьи.

Ну и для массовки — бунт в гвардейских полках. Но у бриттов была одна большая проблема, поднять войска против Николая II сейчас было нереально — императора который побеждает войска не свергают. Тем более им нужна была вся пятимиллионная русская армия, пока Германия сохраняла свой военный потенциал.