Еще мгновение, мелькнул продолговатый предмет, пробивший верхнюю палубу линкора, и с небольшой задержкой нос корабля вспучился, из его недр вырвался огненный шар, раскидывая над проливом огромные куски обшивки. Во время взрыва линкор чуть подпрыгнул и, оседая, переломился пополам объятый пламенем стал стремительно погружаться.

Глубина там была небольшая и погрузившись по самую рубку возле стенки, мощнейший линкор османского флота нашел свою стоянку на долгие годы. Все это в высоком качестве мы видели со стороны и результат удара превзошел всякие ожидания. Образцово-показательно мощнейший корабль мира был отправлен на дно в порту, под защитой целой системы батарей.

— Феникс, цель поражена. Дальнейшие действия? — подал голос пилот.

— Таран, отрабатываете по плану, Цели Один и Два уничтожить.

— Вас понял Феникс, работаем.

Еще через несколько минут «Утенок» сбросил менее мощную, по сравнению с «полторашкой» КАБ-500 на казармы султанской гвардии, оставив там после себя огромный кратер и возвращаясь засадил последнюю бомбу в одну из береговых батарей, где после детонации боеприпасов тоже остался огромный кратер.

По моей просьбе, «Утенок» снизился и с ревом пролетел над султанским дворцом, свечкой ушел вверх и с грохотом взяв звуковой барьер ушел в сторону Севастополя.

В комнате стояла тишина. Я повернул голову к Николаю, который все еще завороженно смотрел, как камера самолета с высоты десять километров показывает море.

— Ну как вам? Думаю, «Гебен» больше никого не побеспокоит.

— Эффектно. Ну что, Сергей Иванович, теперь дело за вами, надо сделать последний шаг.

— Конечно, Николай Александрович, а вам, я думаю надо более детально поговорить с родственником.

Я покинул их, хотя разговор слушался и писался, и император про это прекрасно знал. Чуть позже всю аппаратуру свернут и уберут, а мне нужно было отправляться опять в Польшу, там как раз начиналась финальная сцена нашей операции.

Переход на базу под Плоцком прошел как всегда буднично: включение контура, проверка обстановки с помощью выдвижной штанги и пошли и люди, пешком и грузовики, забитые под завязку боеприпасами.

Меня встретили — были конечно предупреждены, и проводили в уже знакомую бетонную землянку, где фактически располагался центр управления операцией.

Все наши, прекрасно знали, чем я занимался во время отлучки, а вот несколько человек из этого мира, специально привлеченных для того, чтобы хоть как-то показать, что операция совместная. Войдя в просторное помещение, где уже в нашем стиле были установлены столы, мониторы, рабочие места операторов, кофемашины и складированы бутерброды, я с удивлением уставился на нового генерала, ранее здесь не появлявшегося.