— И чего ты хочешь? Продуктов вам подкинуть? Ну с овощехранилищем у нас проблема питания более-менее решена, так что могу тебе подкинуть харчей.

— Нет. — Отрицательно качаю головой. — Прокормить их мы как-нибудь прокормим. Какой-никакой запасец имеется. А вот знаешь что… У вас же скотина есть? Вот и дай мне корову… Хотя нет, лучше козочку. Молочком детишек попоить. Самое оно будет. А то магазинное хоть и заморозили мы всё, но с такой погодой, боюсь, скоро всё попортится.

— Наглец. Ой, наглец! — Аж головой покрутил лидер колхозанов. — На лету подметки режет.

— Ну что-то же мы должны получить взамен? Это справедливо.

— Нет, козу мы тебе, конечно же, не дадим, — заметил Гвоздь о чем-то мысленно прикидывая. — Да не перебивай ты! Козы есть у нас конечно, но у тебя нет для них ни помещения, ни кормов. Да и жирно будет тебе козу за пятерых детишек. Давай вот что… Давай я тебе пяток кур-несушек подкину? По одной за ребенка? А? И зерна мешок. На год прокормить хватит.

— Как-то оно всё…

— Да не торгуйся ты! Больше все равно не дам. Ты-то в отличии от большинства моих остолопов ценность скотины в нынешней ситуации понимаешь… Но и я ее прекрасно понимаю. Так что больше не дам. Ну? Решайся давай. Итак непозволительно много времени потратили, ради столь убогого результата.

— Ладно, — сдался я, протягивая ему руку. — Договорились. А результат… Зато познакомились лично. Соседей знать нужно.

— Ну только что, — недовольно буркнул Гвоздь отвечая на рукопожатие. — В общем мы сейчас уедем, а часа через два сюда же доставим мелких с мамкой, и курей с зерном. Вон Пастух привезет их всех.

— Хорошо.

— Ну бывай, Шиша… Интересный ты пацан. Хитрый как… У тебя в роду евреев не было?

— Понятия не имею, — недоуменно пожал я плечами и коротко попрощался. — Пока.

Меня ещё хватило твердо отойти к машине и в последний раз приветственно вскинуть руку отъезжающим машинам начинающего строителя империи. И тут-то меня и накрыло. Ноги отказывались держать. Колени тряслись просто неприлично. Пришлось срочно сесть, чтоб ребята не заметили моего жалкого состояния. А они тут как тут. Обступили, теребят, спрашивают все…

— Кто это был?

— Чего они хотели?

— Что им надо?

— Попить дайте? — попросил я странно хриплым голосом. И когда мне сунули бутылку с водой в руки чуть не пролил ее. Блин, руки-то тоже трясутся. Блин, надо собраться! Нельзя. Нельзя, чтоб ребята видели меня таким. — А был это Гвоздь собственной персоной. С ответным визитом, так сказать, прибыл. Посмотреть на нас, пощупать на предмет сожрать, так сказать.