Вспомнив молодость, Бражников нашёл аппарат и занялся потихоньку самогоноварением. Когда его впервые нашли участковые, он так их напоил хорошим продуктом, что участковые впоследствии стали покупать только у него. Не афишируя, недорого, только у Николая Григорьевича. Зачем искать в другом месте, даже нахаляву, если лучше купить качественный, по сходной цене. У проверенного человека.

Разумеется, рейды участковых к Бражникову если и заглядывали, то лишь выразить почтение и объяснить с улыбкой, что пьянству бой!

Вот и сейчас, больше всех расстроился Николай Григорьевич. Как же так, он купил за деньги французское вино, и без наценки отдал старшему участковому. Ведь у того же день рождения!

— Николай Григорьевич, вы у кого брали?

— Так это, — замялся старик, — получается, я его сдал?

— Он вас подставил, — ухмыльнулся участковый с рынка, — это хорошо, что нам вино досталось. А пришёл бы дурак с претензиями? И окна побил и вам рожу начистил.

— Так-то оно так, — почесал в затылке Бражников, — но как-то…

— Ну, хотите, мы на вас наручники наденем и скажем, что пытали, — развеселился второй участковый с рынка.

— А что, так можно? — удивился старичок.

— Нет, конечно, — насупился старший участковый и пригрозил, — вы мне сейчас дошутитесь.

— А чё, правда, — засуетился Николай Григорьевич, — одевайте, я ему в рожу их суну.

После короткого препирательства, на Бражникова надели браслеты и поехали искать Кузнецова.

— Он где-то тут живёт, — говорил старичок, разглядывая дома на окраине Горелова, — у него ещё крыша дома синяя, заметная. Вот она!

Первым в гости к аферисту влетел Николай Григорьевич и завопил, тыча в лицо хозяину стальными наручниками.

— Что же ты, гад, наделал?! Всё, в тюрьму меня ведут! На десять лет, сказали!

— Не на десять, только на пять, — поправил его старший участковый, подошедший сбоку.

— За что? За что? — испугался хозяин.

Алексей быстро протолкался вперёд, отпихивая коллег за свою спину и показывая на рты. Забывшиеся сотрудники заулыбались и стали плотно прижимать ладошки к губам.

— Гражданин Кузнецов? — произнёс Попович, — Предъявите документы.

— Зачем? — удивился хозяин.

— Понял, — отозвался Алексей и быстро пошёл вокруг дома с синей крышей.

— Стойте, вы куда? — Кузнецов побежал за ним.

— Вы продали Бражникову поддельное вино из Франции? — спрашивая, тем не менее, Попович споро шёл вперёд, рассматривая, что расположено за домом.

— Какое вино? — проблеял Кузнецов.

— Которым едва не отравилась толпа людей.

Ошалевший старший участковый отправился за ними. В основном, для того чтобы остановить Поповича. Ведь без веских оснований нельзя просто так проникать в частное жилище. Да, если они сейчас найдут хоть что-то незаконное, прокурор их простит. Но если не найдут, то так вздрючит…

Попович подлетел к сараю и начал снимать замок. На его удачу, тот оказался незакрытым. Алексей распахнул двери и вошёл. Перед ним рядами стояли ящики со стеклянными бутылками, запечатанные глиной амфоры и деревянные бочки.

Попович раскрутил крышечку одной бутылки с французскими надписями и передал влетевшим участковым:

— Проверяйте, пробуйте!

Разумеется, каждый сделал по глотку. Во-первых, было интересно, что всё-таки за вино из Франции такое. Во-вторых, и самых главных, следовало оправдать запах изо рта. А чем ещё лучше всего скрыть этот запах? Конечно, другим алкоголем.

— В амфорах тоже вино, — сообщил Алексей, — греческое.

— Это растительное масло, — заорал Кузнецов.

Одну амфору тут же аккуратно распечатали и распили.

— Хорошее масло, — расхохотались милиционеры, — с градусами.

— Я так понимаю, — Попович повернулся к хозяину, — зарубежных бумаг на вино нет и быть не может. И пограничники при ввозе ничего не заметили? Я правильно рассуждаю? Где приобрели алкогольную продукцию в таком количестве?

Хозяин молчал.

— Здесь реальным сроком пахнет, — старший участковый вопросительно посмотрел на Поповича, — уж очень много бутылок мы нашли.

Алексей пожал плечами и начал писать Акт обнаружения и изъятия.

— Только небольшое количество укажи, — прошептал ему на ухо старший участковый, — хозяину выгодно, он сделает вид, что не заметил. А нам судье ещё нести, чтобы штраф поменьше дали.

— Я понимаю, — зашептал в ответ Алексей, — ещё начальнику ГОВД, ещё день рождение ваше отмечать.

— Молодец, — старший участковый похлопал по плечу подчинённого, — в службе разбираешься.

Официальная суета затянулась надолго, день рождения отмечали в ГОВД быстро, зато каждому досталось по бутылочке домой. Попович решил, что возьмёт амфору, в «стенку» поставит, для красоты.

Блин, забылось-то как. Алексей поморщился, пил в Союзе, башка болит в княжестве. Забыл о последствиях, забыл. Еле встал и побрёл умываться холодной водой.

— А ты почему так выглядишь? — крикнул вслед Тёмный, — Словно всю ночь бражничал. Чего меня не позвал?

Авось, шедший рядом, рассмеялся, хитро поглядывая на Поповича. Они спустились в прачечную, и участковый не пожалел вылить на себя целую кадку с водой. Дело того стоило.

— Какие новости? — бодро поинтересовался князь, уминая блины с красной икрой.

Алексею крошка в рот не лезла.

— Клюквой закусывать надо было, — проворчала Алёнушка, — учила тебя, учила.

— Не было во сне клюквы, — вздохнув, ляпнул Попович, чем насмешил завтракающих.

— Пьёшь в одиночку? — усмехнулся князь.

— Получилось удачно, — проворчал участковый, помолчал и добавил, — чёрная точка на ноге отца Фаины — это укус скорпиона.

Наступила тишина, окружающие даже чавкать перестали.

— Это точно? — осторожно поинтересовался Тёмный.

— Абсолютно, — Алексей бросил взгляд на эксперта, — без вариантов.

Авось задумался и кивнул:

— Точнее некуда.

— А ещё что приснилось? — Василий задумчиво отхлебнул квас из бокала.

— Убийца — брат. Скорпиона взял на время у Фёдора.

— Что за Фёдор?

— Должен в террариуме работать. С гадами. Но кем, не знаю.

— План меняется? — Тёмный посмотрел на Алексея.

— Я думаю, не стоит. Анфиса должна спросить Фёдора, подойти к нему без свидетелей, и намекнуть на возможность заработать. А там поглядим.

— С кем ей идти?

— Нам нельзя. Неплохой вариант — отцу Анфисы переодеться и ходить по залу, рассматривать гадов, ждать, пока дочь не выйдет на улицу. Для подстраховки.

— Я тоже хочу сходить, посмотреть, — вдруг произнесла Беляна, младшая княжна, — интересно всё-таки. Никогда не видела.

— А что? — обрадовался Тёмный, — Пусть Фёдор Петрович твоим отцом побудет хоть немного. Только оденься простолюдинкой.

Все посмотрели на сарафан небесно-голубого цвета, расшитый бисером жемчужного оттенка, с пышными рукавами и кремовыми атласными лентами. Алексей задумался, носила его Беляна изящно, интересно, как будет сидеть на ней платье из грубой материи?

Пришедшим сотнику с дочерью объяснили, что надо делать.

— В случае успеха Анфису ждёт награда, — объявил Тёмный.

— Не за деньги служим, князюшка, — недовольно проворчал сотник, — за правду.

— Так то ты служишь, — усмехнулся Василий, — а твоя дочь нет. Награда будет. А с Беляной веди себя построже. Нечего баловать.

Через час Алексей не выдержал и предложил Алёнушке прогуляться. И Авося позвал с собой.

— Я вам только мешать буду, — махнул рукой дух удачи.

— Не будешь, мы недалеко от терема отойдём. Я немного волнуюсь, хочу Анфису с отцом на улице встретить.

— Нечего волноваться, чай не на смертный бой посылал.

— А ну, как Фёдор сообразит и проследит за Анфиской? Она его к князю и приведёт, Фёдор-то и смоется.

— Мало ли, может, она по своим делам тут ходит.

— Может. Идём прогуляемся.

— Вот неугомонный.

Однако, Анфиса догадалась не подходить к отцу на улице и сделать несколько кругов по городу, прежде, чем вернуться в княжеский терем, в кабинет Василия. Разгадка оказалась проста.

— Там два Фёдора, один хозяин, второй слуга, — объявила девушка.

— И что ты сделала? — напрягся участковый.

— К обоим подошла. Слуга заинтересовался, а вот хозяин твёрдо пообещал. За десять рублей серебром. Сказал, сам всё сделает в лучшем виде.

— Как договорились?

— Вечером я к нему приду, он возьмёт скорпиона и сходит со мной.

— Кого, кстати, убивать будем?

— Отца-деспота, — лукаво улыбнулась Анфиса и посмотрела на Фёдора Петровича.

— Злые вы, — фыркнул сотник, — сбегу я от вас.

Временные оперативники ушли, а Попович с Алёнушкой отправились в трапезную, послушать Беляну. Между княжнами завязался спор, кто из гадов ужаснее выглядит и кто опаснее. В конце концов на горячий диалог пришёл Тёмный и попытался рассудить дочерей, но только подлил масла в огонь.

— Пусть нас Алеша рассудит, — нахохлилась Беляна, — он же повсюду путешествовал.

— Не повсюду, — задумался Попович, — но кое-что слышал. В Южной Америке есть жёлтая лягушка. Её даже трогать нельзя. Сразу смерть. Есть личинка жука-листоеда из Африки. В ней очень много яда. У королевской кобры из Азии яд уступает по опасности, слабее, зато она умеет плеваться. Кусать человека даже не придётся, просто плюнуть. Хотя есть и более ядовитые змеи.

— Вот это да! — рассмеялась Алёнушка, — А мы тут спорим. Хорошо путешествовать, интересно.

— Если никто не укусит, — проворчал Тёмный, — в рабство не продадут, от болезни в диком лесу не умрёшь. Да мало, ли. А так да, конечно, интересно.

Старшая княжна хмыкнула и махнула участковому головой — за мной! Они пришли в мастерскую Алёнушки и Алексей начал свои упражнения по рисованию.