18 мая 1605 года.

Стрелецкий десятник Ерема Новик получил от боярина Пушкина новую бархатную шапку с высоким колпаком и меховым околышем. Также был и ему выдан польский кафтан с золочеными пуговицами, цветными петлицами из шнура с кистями, да новые сапоги тисненой кожи красного цвета, какие были приняты в их полку.

– Ай, и нарядный сегодни, Ерема!

– Дак коли выбор верный сделаете, то все тако нарядитесь. Мне боярин от Димитрия Ивановича десять монет пожаловал да одежу, да саблю добрую. Глядите!

Ерема показал новую булатную, прорезную с золотой насечкой саблю.

– Али ты видал человека от царевича? – спросили его.

– Видал. Боярин был от Димитрия Ивановича. Прислал он нам грамотку.

– И чего там?

– Чего в грамотке-то, Еремка?

– Где она?

Ерема ответил:

– Той грамотки при мне нет. Я ведь читать не умею. Но мне боярин чел её. Призвал нас царевич истинный стать под его хоругви. И будут от того всем стрельцам от Димитрия Ивановича награды разные. Всех неправедных начальных людей царевич смерти предаст. Тех, кто стрельцов забижал.

– А не берешь, Еремка?

– А чего мне брехать? Сроду не брехал! Я Еремка Новик! Кто скажет, что Еремка брехун? Я не пойду супротив государя законного!

– Чего? – спросил его пожилой стрелец Распопов.

– А того! Сколь жалования не видали? Бориска сколь утеснений нам чинил? Про то забыли?

– Дак рази забудешь!

– Полковники все себе гребут. Про нас никто не думает.

Новик сказал: