– Что за письмо?

– Я напишу самозваному Петру, что признаю его сыном Фёдора брата моего.

– Тебе, государю, писать вору? – удивился Басманов.

– Ничего. Пусть только на Москву приедет за почестями. Тогда посмотрим.

– Но за сие вероломство казаки против тебя, государь, бунт поднять могут.

– К тому времени в Москву придет мой тесть воевода Мнишек с наёмными солдатами. И тогда пусть поднимают свой бунт. Мы потопим его в крови! А пока тянуть время!

Бучинский и Басманов склонили головы в знак покорности своему государю…

4

Варшава.

Большое посольство.

Великие вельможи Речи Посполитой не позволили своему королю занять активную позицию против нового русского царя. Третьяк Огарков так и не дождался доказательств того, что самозванец изменил православной вере. А слухи не больше, чем слухи. В них можно верить, а можно не верить.

Василий князь Шуйский ждал от него бумаг с подписью самозванца. Но король тех бумаг не дал.

Сумбулов благодаря Вишневецкому сумел внушить вельможам, что новый царь Московский для Речи Посполитой важен.

Накануне большого приёма в королевском дворце Сумбулов посетил покои дьяка Огаркова.

– Василий Андреевич! Прошу проходи. Давно ты не заходил ко мне. Словно и не разом мы с тобой посольство правим.

– А оно так и есть, Третьяк Власыч. Разве мы заодно?

– А разве нет? Мы посланцы державы Московской.