На сей раз дым сослужил ему хорошую службу. Пока пугала поливали все кругом огнем, он преспокойно отполз в сторону и зашел к ним со спины. Вот тогда уже началось самое жуткое уничтожение изготовленного товара за всю недолгую историю фабрики мистера Гласса по производству «Расчудесных самораскладных пугал». С безумным ревом тролль крушил и ломал, набрасываясь на врагов со звериной яростью и оставляя после себя лишь деревянные обломки. Оторванные головы-тыквы с погасшими свечами усеивали землю, будто на какой-нибудь грядке…

Уничтожая вокруг себя все, что хоть как-то шевелилось, мистер Бэрри не сразу заметил, что в дымных тучах у главного входа фабрики больше никого, кроме него, нет. Изнутри подкрепление к тыквоголовым не приходило, ведь там все еще разбирали завал, а те солдаты, что уже вышли за ворота, судя по всему, возвращаться не спешили. Последние их ряды уже давно скрылись за поворотом дороги.

Оглядываясь в поисках очередной глупой жертвы, которая рискнула бы подергать перед его носом своими кривыми ручонками, мистер Бэрри никого больше не увидел, успокоился и даже разочаровался. И вдруг из бокового входа здания фабрики выбежал какой-то маленький человек. Тролль вроде бы узнал его, но на всякий случай зарычал и ринулся к коротышке, намереваясь разделаться с ним так же, как и с его длинноногими собратьями.

— Стой! — закричал маленький человек. — Это же я! Томас Кэндл! Твой хозяин!

Тролль остановился. Он пригляделся — действительно, это был повелитель Злобной Канарейки. Мистер Бэрри задумался: «Что я хотел с ним сделать? Съесть? Или что-то другое?»

Мальчишка не стал дожидаться, пока тролль придет к какому-нибудь решению, и взял ситуацию в свои руки:

— Эй, тролль! — велел он. — Слушай меня! Вон в том проходе находится громадная железная дверь! Ты должен ее запереть, понял?! Чтобы никто не прошел через нее! А я пока…

Томми не стал вдаваться в дальнейшие подробности. Он ринулся бегом вдоль стены котельной, а троллю ничего не оставалось, как исполнять, что велели. Он потопал к указанному проходу, вошел в него, расталкивая плечами стоящие по сторонам ящики и коробки «Расчудесных самораскладных пугал», схватился за ручку железной двери и потащил створку на себя. Признаться, даже для него она была тяжеловатой, но вскоре проем все же был закрыт.

Мальчишка снова оказался рядом.

«И как это он так быстро вернулся? И что он задумал такое? Я, кажется, собирался его…»

— Так, тролль! — сказал маленький человек. — Слушай меня внимательно. Там, у стены… — он ткнул рукой в ту сторону, куда только что бегал, — старый колодец. Доски сгнили, и в люке дыра. Там есть большой вентиль… ну, вентиль, — пояснил он, видя, что тролль не совсем его понимает. Мальчик вздохнул и заговорил медленнее, четко выговаривая слова: — Ты сейчас откроешь дверь, пропустишь меня в фабрику, и опять закроешь ее за мной, чтобы пугала больше не вышли. После этого ты полезешь в колодец… Да-да, в колодец, не пучь глаза… Вон в ту яму! Ну что за бестолковое создание! И когда увидишь свет в этих окнах. — Он ткнул пальцем в окна, и тролль тупо уставился на них, явно не понимая, чего от него хотят: — Огонь, вспышки или еще что!.. В общем, когда загорятся эти окна, ты повернешь вентиль. Ты все понял? Не раньше! И не позже!