Город затаился, ожидая новых грабежей, но тут ударила пушка.

Некий Ганя привел под стены Немирова отряд, в котором было чуть больше трехсот человек. Вместо того чтобы выйти за стены и разогнать плохо вооруженный загон, наполовину состоявший из крестьян, шляхта изготовилась к обороне.

Было известно, что войска для подавления Хмельницкого собираются, что над войсками поставлены сразу три региментаря, три известнейших фамилии: Заславский, Конецпольский и Остророг. Правда, вскоре вся Украина и вся Польша узнает сказанное о них Хмельницким: Заславский Доменик — перина, Конецпольский — детина, Остророг — латина. И каждый норовил объяснить крылатое слово: перина — значит соня, детина — ребенок, Александр Конецпольский не ровня своему отцу Станиславу, зеленый совсем, Остророгу Николаю — не воевать, а книжки почитывать. Совсем, говорят, зачитался, засушил мозги. Оттого и латина.

Но слово Хмельницкого в те поры еще сказано не было, и все три полководца для отчаявшихся беженцев сияли, как три звезды спасения.

3

К Немирову на рысях шел отряд. Сабель триста — четыреста.

— Казаки! — закричали дозорные, и пушкари зажгли фитили.

— Да это свои! — обрадовался кто-то из самых зорких.

— Знамя польское, — согласился комендант Немирова. — Однако одеты… сомнительно, в одежде пестрота…

Отряд остановился. Подтянулись отставшие.

— Пустите нас в город! — по-польски, чисто попросился командир отряда.

— Кто вы?

— Ротмистр Верейский! — ответил командир.

— Откуда вы идете?

— Из-под Умани. Казаки взяли город с бою. Еле пробились… Пустите нас, пока казаки мешкают.

— Мы должны обсудить вашу просьбу, — ответили со стены.

Комендант стоял и смотрел на своих командиров. Кто-то из них сказал:

— Четыре сотни воинов укрепили бы оборону города. Ныне мы очень слабы.

Раздались хлопки выстрелов.

Стреляли те, что были по ту сторону стены. Просились в Немиров: в степи появилась казачья конница.