– Вот гадаю, какую картошку
Для Руди то было еще одно поражение.
* * *
Второй акт глупости был столь же опасен – но по иным причинам.
Из этой свары Руди вышел с подбитым глазом, треснутыми ребрами и новой стрижкой.
На занятиях в Гитлерюгенде у Томми Мюллера опять возникли сложности, и Франц Дойчер только и ждал, когда же вылезет Руди. Долго ждать ему не пришлось.
Он основательно загрузил Руди и Томми физподготовкой, пока остальные сидели в классе, изучая тактику. Бегая на холоде, они видели за стеклом теплые головы и плечи товарищей. Но даже когда Руди и Томми вернулись к остальным, муштра не закончилась. Едва Руди плюхнулся на стул в углу и щелчком смахнул грязь с рукава на окно, Франц с ходу задал ему любимый гитлерюгендовский вопрос.
– Когда родился наш фюрер Адольф Гитлер?
Руди поднял глаза:
– Что-что?
Вопрос повторили, и очень глупый Руди Штайнер, который прекрасно знал дату – 20 апреля 1889 года, – назвал дату рождения Христа. Он даже упомянул Вифлеем, чтобы расширить ответ.
Франц помазал друг об друга ладони.
Очень плохой знак.
Он подошел к Руди и отправил его обратно на улицу – еще несколько кругов вокруг стадиона.
Руди бежал один, и после каждого круга его снова спрашивали о дне рождения фюрера. Он пробежал семь кругов, пока не дал правильный ответ.
Главная беда стряслась через несколько дней после того занятия.
Камень ударил мишень прямо в позвоночник, хотя и не так крепко, как хотелось бы. Франц Дойчер обернулся и, похоже, очень обрадовался, увидев Руди, который стоял на тротуаре с Лизель, Томми и маленькой сестрой Томми Кристиной.
– Бежим, – дернулась Лизель, но Руди даже не двинулся.