– Что он говорит? – спросил бармен и тоже припал к трубке.

– Тсс…

– Он смотрит… нет, это невероятно…

– Что они делают?

– Они фотографируют Землю, – ответил Винченцо. – Оттуда это…

– Нашу Землю? С Луны?

– Да.

– И как это выглядит?

– Шарик… А вокруг все черное.

– Какого она цвета?

– Я не знаю, телевизор черно-белый.

– Зеленая, – подсказал бармен. – Как леса.

– Нет, она голубая, как море. Ты когда-нибудь видел глобус?

– Что-что?

Джованни был в отчаянии: американцы уже на Луне, а он все торчит в этой дыре.

Но первые в истории человечества кадры с видами Земли из космоса были не единственным, что пропустил в тот вечер Джованни. Уже после того, как кончились жетоны, астронавты читали в эфире начальные строки Книги Бытия: «…да будет Свет – и стал Свет…» А потом Винченцо услышал стук в дверь. Джованни в это время стоял в церкви, в толпе старух, чей неумолчный кашель перебивал хрипы не менее простуженного священника. О том, что в тот момент происходило в Мюнхене, Джованни узнал много позже.

Итак, Винченцо поднялся с потрепанного дивана. Взрослых никого, компанию ему составляла малышка, давно почитавшая его за лучшего друга. Поначалу Винченцо подумал, что это родители вернулись из церкви, но за дверью стоял незнакомый мужчина. Немец в синем пальто, явно дорогом, поверх серого костюма, в шляпе и дорогих ботинках. На вид ему было около сорока; высокий лоб, голубые глаза. Под мышкой он держал два пакета, большой и поменьше. Очевидно, с подарками.

– Добрый день.