Возвращая Советский Союз в историю Нюрнбергского процесса, мы начинаем гораздо лучше понимать МВТ и послевоенное движение за права человека. Мы непосредственно сталкиваемся со всеми противоречиями, связанными с Нюрнбергским трибуналом, и лицом к лицу наблюдаем все проявления международного правосудия как политического по своей сути процесса. Мы видим, как наполняются смыслом такие понятия, как «геноцид», «преступления против человечности», «агрессивная война» и «преступления против мира». Мы вспоминаем, что эти термины имеют не только гуманитарное, но и политическое происхождение – и что в разное время разные акторы использовали их для достижения разных целей. Все это не опровергает революционной сущности Нюрнбергского процесса. Но напоминает нам о том, что нельзя идеализировать мифический «Нюрнбергский момент».
Реальная история Нюрнберга запутанна – наполнена интригами, закулисными сделками и компромиссами, – но именно это и внушает надежду. Представители Советского Союза, США, Франции и Великобритании – со своими различающимися идеями о смысле правосудия, с конкурирующими планами на послевоенное будущее – каким-то образом нашли общую почву для совместных действий. Они выработали набор принципов, легших в основу нового международного права, – принципов, которые, может быть, и не воплотились полностью в жизнь, но все же представляют идеалы, к которым могут стремиться государства и их граждане.
Благодарности
Благодарности
Эта книга писалась пятнадцать лет. Я благодарна многим организациям и людям, которые помогали мне и поддерживали все это время. Международный совет по исследованиям и обмену (International Research and Exchanges Board, IREX), Институт Кеннана при Центре Вудро Вильсона (Kennan Institute of the Woodrow Wilson Center), Программа по глобальному правоведению Университета Висконсин-Мэдисон (Global Legal Studies Initiative of the University of Wisconsin-Madison), Попечительский совет наследственного фонда Уильяма Ф. Виласа (Trustees of the William F. Vilas Estate) и Офис вице-канцлера по науке и высшему образованию Университета Висконсина (Office of the Vice Chancellor for Research and Graduate Education at the University of Wisconsin, OVCRGE) профинансировали мои первые исследования в России и США. Американский совет ученых обществ (American Council of Learned Societies, ACLS), Институт гуманитарных исследований при Университете Висконсина (Institute for Research in the Humanities at the University of Wisconsin) и OVCRGE обеспечили меня временем и финансами для дополнительных исследований и для написания текста.