Хитрость с комбинаторной игрой, по-моему, состоит в том, что она успокаивает наше эго и страх того, что мы не тянем. Один мой друг был в юности перспективным бейсболистом, но не справился с нервами и стал играть хуже. Он оставил бейсбол и год занимался футболом. Выдающимся футболистом он не стал, но игра ему нравилась, а проигрыши не воспринимались трагично, потому что его эго знало: «Я никогда не считал эту игру своей». Важно только то, что, пока он чем-то поддерживал физическую форму, к нему вернулось самообладание, он отбросил тягостные мысли и вернул себе некую телесную свободу. К тому же он получал удовольствие. Через год, погоняв мяч в свое удовольствие, мой друг вернулся в бейсбол и вдруг обнаружил, что снова может играть – лучше и легче прежнего.

Другими словами: если не можешь делать то, чем занимался долгое время, начни делать что-то другое.

Погуляй с собакой, дочиста вымети тротуар перед своей дверью, еще раз выйди с собакой, сходи в магазин и купи пирог с персиками, раскрась камушки ярким лаком для ногтей и сложи их в кучку. Может показаться, что это прокрастинация, но – при правильном отношении – это совсем не так. И любое действие лучше полной апатии, потому что к действию нас всегда зовет вдохновение.

Поэтому взмахните руками. Начните что-то делать. Сделайте что-нибудь. Все равно что – только делайте.

Выберите себе какое-то творческое занятие и, главное, верьте, что, если вы достаточно увлеченно отдадитесь ему, вдохновение обязательно снова проложит дорожку к вашему дому.

Раскрась свой велосипед

Раскрась свой велосипед

У австралийского писателя, поэта и литературного критика Клайва Джеймса есть отличный рассказ о том, как однажды во время особенно тяжелого творческого затишья ему удалось вернуться к работе.

После сокрушительного провала (его пьесу, написанную для лондонского театра, не просто жестко раскритиковали, эта история серьезно подорвала финансовое положение семьи и к тому же привела к разрыву с близкими друзьями) Джеймс впал в темную полосу глубочайшей депрессии и отчаяния. После того как спектакль был снят, он ничего не мог делать, просто сидел на диване и глядел в стену, переживая свой позор и унижение (а жена тем временем как-то тащила на себе дом и семью). Он не мог даже подумать о том, чтобы когда-нибудь взяться за перо.

Вся эта бодяга тянулась долго, пока наконец младшие дочери Джеймса не нарушили его уединения, обратившись с нехитрой просьбой. Девочки спросили отца, не может ли он сделать что-нибудь, чтобы их старенькие, подержанные велосипеды выглядели приличнее. Джеймс согласился из чувства долга (но без радости). Вздохнув, оторвался он от кушетки и взялся за дело.

Сначала он тщательно окрасил обшарпанные велосипеды яркими оттенками красного. Потом покрыл колесные спицы серебряной краской, а штырьки, на которых держались седла, сделал полосатыми, как леденцы. Но на этом он не остановился. Когда просохла краска, он разрисовал велосипеды сотнями серебряных и золотых звездочек, складывающихся в причудливые созвездия. Девочки подпрыгивали от нетерпения, но Джеймс так увлекся, что не мог оторваться от звезд («Там были четырехконечные звезды, шестиконечные звезды и изредка восьмиконечные звезды с точечками вокруг»). Это занятие приносило Джеймсу огромное удовлетворение. Наконец работа была закончена, девочки в полном восторге умчались на своих волшебных новых велосипедах, а довольный отец смотрел им вслед, гадая, за какое дело ему придется взяться в следующий раз.

На другой день дочери привели с собой девочку, живущую неподалеку. Смущаясь, она спросила, не может ли мистер Джеймс покрасить велосипед и для нее. Он покрасил. Надо так надо. Не успел он закончить, как появился еще один ребенок, и еще, и еще. Вскоре выстроилась очередь из ребят, желающих превратить свои облезлые велики в звездные произведения искусства.

Вот так и получилось, что выдающийся писатель своего времени больше месяца сидел у своего гаража и расписывал звездочками тысячи детских велосипедов, пока не облагодетельствовал всех детей в городке. Занимаясь этим, Джеймс, хотя и не сразу, понял одну важную вещь: «Неудачи нам нужны. Они помогают понять, действительно ли ты хочешь и дальше заниматься своим делом». К своему удивлению, Джеймс осознал, что готов ответить на этот вопрос положительно. Ему действительно хотелось заниматься делом. И хотя в тот момент его привлекали только звездочки на детских велосипедах, во время работы что-то внутри менялось, возвращая его к жизни. А когда была дорисована последняя звездочка и каждая звезда в его персональном космосе тоже была тщательно возвращена на место, Клайв Джеймс наконец подумал: когда-нибудь я про это напишу.

И в это мгновение он освободился.

Неудача отступила, творческая сила вернулась.

Делая что-то совсем другое – и полностью отдавшись этому делу, – он сумел выбраться из ада апатии и нашел путь обратно, к Большому волшебству.

Жгучая вера

Жгучая вера

Последний (и порой самый трудный) акт творческой веры заключается в том, чтобы, завершив свое творение, отпустить его в мир.

Вера, о которой я говорю здесь, самая неистовая из всех. Она не говорит: «Я верю, что меня ждет успех», – потому что эта вера не горящая. Эта вера невинна, а я прошу вас отложить ненадолго свою невинность и вступить в область куда более непримиримую и мощную. Как я уже говорила и как все мы понимаем в глубине души, в творчестве нет никаких гарантий успеха. Ни для вас, ни для меня, вообще ни для кого. Ни теперь, никогда.

Вы готовы выпустить в свет свою работу?

Недавно одна женщина в разговоре со мной сказала: «Я почти готова начать писать книгу, но не уверена, что мне дано достичь такого результата, как хотелось бы».

Ну что я могла ей ответить? Терпеть не могу быть занудой и портить людям настроение, но никто не может гарантировать ей желаемый результат. Без сомнения, какого-то результата она достигнет. Духовно чуткие люди скажут даже, что Вселенная, возможно, подарит женщине результат, в каком та нуждается, но он может не совпасть с тем, чего ей хочется.

Жгучая, обжигающая вера требует от вас взяться за дело в любом случае, потому что уж ей-то известно: результат не имеет значения.

Результат не может иметь значения.

Жгучая вера требует, чтобы вы твердо стояли в понимании такой истины: «Ты важен и ценен, независимо от результата. Ты будешь продолжать свое дело, независимо от результата. Ты будешь делиться плодами своей работы независимо от результата. Ты рожден, чтобы творить, независимо от результата. Ты никогда не утратишь веры в творчество, даже если не понимаешь собственного результата».

Вот знаменитый вопрос, который задают, кажется, в каждой книге практических советов: что бы вы сделали, если бы точно знали, что вас ждет удача?

Но я всегда думала иначе. Мне кажется, что самый жгучий вопрос таков: что бы вы делали, даже если бы точно знали, что неудача более чем вероятна?

Какое дело вы любите так сильно, что слова провал и успех становятся по сути неважными?

Что вы любите даже сильнее собственного эго?

Насколько пламенно верите вы в эту любовь?

Эта концепция жгучей веры может вызвать у вас сомнения. И даже отторжение. Желание растоптать ее и с негодованием отшвырнуть. Вы можете спросить: «Зачем мне вообще проходить через все эти испытания, если на выходе может получиться пустышка?»

Ответ будет сопровождаться хитрой плутовской улыбочкой: «Потому что это прикольно, разве не так?»

Да и вообще, на что еще тратить время здесь, на земле, если не создавать что-то? Не заниматься тем, что интересно? Не следовать за своей любовью и любопытством?

Такая альтернатива, вообще-то, есть всегда. Выбор за вами. Если творческая жизнь кажется вам слишком трудной или неблагодарной, вы вольны выйти из игры в любой момент.

Но только честно: вы правда этого хотите?

Потому что подумайте: а что тогда?

С гордо поднятой головой

С гордо поднятой головой

Двадцать лет назад на одной вечеринке я разговорилась с парнем, имя которого давно забыла, а может, даже и не знала никогда. Иногда мне кажется, что этот человек появился в моей жизни с одной-единственной целью: рассказать мне ту историю, которой я с тех пор не устаю радоваться и вдохновляться.

Молодой человек поведал мне о своем младшем брате, который пытался стать художником. Восхищаясь настойчивостью своего брата, он привел пример того, какой храбрый, талантливый и уверенный у него братишка. Хочу и я рассказать вам об этом, а для удобства так и буду называть героя истории Младшим Братом.

Младший Брат, начинающий художник, во всем себе отказывая, накопил денег и уехал во Францию, чтобы погрузиться в атмосферу красоты и вдохновения. Он жил впроголодь, писал каждый день, ходил по музеям, ездил по живописным местам, отважно заговаривал с каждым встречным и демонстрировал свои работы всем, кто не отказывался взглянуть. Как-то, сидя в кафе, он разговорился с компанией симпатичных молодых людей, которые оказались какими-то богатыми аристократами. Младший Брат пришелся обаятельным аристократам по душе, и они пригласили его на прием в ближайшие выходные в один из замков в долине Луары. Юноше посулили, что вечер будет сказочным, лучшим в сезоне. Приглашены сливки общества, самые богатые и знаменитые, включая даже особ королевской крови. А главное и самое интересное – это будет бал-маскарад, а значит, невероятно пышные костюмы. Упускать такую возможность нельзя! Готовьте костюм, сказали художнику, и присоединяйтесь!