– Я пытаюсь тебе помочь, Мэйбелин.

Я не ответила. От этого стало бы только хуже.

Время тянулось невыносимо медленно. Я убедилась, что тефлоновое покрытие не пострадало, и убрала кастрюлю на сушилку для посуды. Потом принялась за большие миски, не влезавшие в посудомойку. В последнюю очередь я сполоснула палочки и ложки. Мыть приборы совсем не интересно, так что я всегда оставляю их на потом. Закончив, я вытерла руки кухонным полотенцем и молча прошла мимо мамы.

Глава 3

Глава 3

Переодевшись в мешковатые спортивные штаны и свободную футболку, я рухнула на кровать. Она приняла меня в свои мягкие объятия, и я уткнулась лицом в подушку. Мое раздражение чуть поутихло.

Я выудила из-под матраса свой дневник. Пролистав старые рисунки, стихи, чувства и воспоминания, принялась писать на чистой странице.

Дверь отворилась, и в мою комнату проскользнула тень. Я поспешно запихнула дневник обратно под матрас. Я никому не показывала то, что пишу, даже старшему брату.

Дэнни подкрался ко мне, тихонько напевая «Lay Me Down», песню Сэма Смита. Постепенно его пение становилось все экспрессивнее.

– Позволишь лечь рядом с тобой? – Он драматично растягивал гласные. – Ря-я-я-я-я-я-я-ядом с тобо-о-о-о-о-ой, тобо-о-о-о-о-о-о-о-о-ой. Все ли с тобой хорошоо-о-о-о-о-о-о?

Я улыбнулась:

– Боже, Дэнни. Это еще хуже, чем обычно.

Он плюхнулся на кровать рядом со мной и завернулся в одеяло.

– Как ты, Мэй-Мэй? Я слышал только часть разговора. – Прозвище, которое он придумал для меня, – шутливое. Одновременно мое имя и китайское слово «мэймэй», младшая сестра.

– Все как обычно. Так каждый раз, когда приходит Селеста. – Я прижалась к Дэнни, и он похлопал меня по голове, как пуделя, а потом вздохнул:

– Еще и эта ее стажировка.

Я взмахнула руками:

– Ну конечно, ее позвали на стажировку в Google. Она же безупречна. Готовится выпуститься с отличием, получает престижные приглашения, а я что делаю? Попусту трачу свою жизнь, потому что у меня нет планов на лето.

Дэнни фыркнул:

– Могло бы быть и хуже.

– Да, я могла бы забеременеть.

– Прогулять уроки китайского.

– Сделать пирсинг в носу, как Кэлвин.

– Я слышал, его мама выдрала это кольцо с мясом. – Дэнни содрогнулся и потер собственный нос.

– Ну еще бы. – Я передразнила маму. – «Кольца в носу – это для свиней и коров!»

– У него нос, наверное, железный. – Мы вместе рассмеялись, потом затихли в колыбели нашего смеха.

Я немного выждала и перевернулась на спину.

– Почему ты не рассказал мне про Принстон, гэ?[15]

Дэнни посерьезнел и будто бы съежился, глядя в потолок.

– Не знаю, – прошептал он. – Я как-то не особо рад.

– Не рад? Это же Принстон.

– Знаю. Надо радоваться, да? Кто угодно обрадовался бы.

– Но не ты. – Я повернулась и вгляделась в его лицо. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и покачал головой.

– Я ничего не чувствую.

– Ну, можешь не поступать туда, если не хочешь. Тебя возьмут куда угодно, раз уж взяли в Принстон.

Он снова покачал головой, и несколько минут мы лежали в тишине.

– Тебе все же ответили из Стэнфорда? – спросила я.

Он кивнул, не открывая глаз.

– Меня не взяли. – Он помолчал. – Я не хотел портить настроение за ужином. Все так радовались.

Дэнни мечтал попасть в Стэнфорд с тех пор, как несколько баскетболистов оттуда посетили нашу школу. Я тогда ходила в подготовительный класс и ничего не помню, но Дэнни уже учился во втором. Он пришел в полный восторг, выпросил у родителей стэнфордскую толстовку и носил ее так часто, что она даже после стирки продолжала пованивать. Прошлой осенью он уже подавал документы в Стэнфорд, но ему сказали подождать до следующего года.

– Гэ, мне так жаль. – Я обняла его и прижалась поближе. – Они понятия не имеют, что теряют.

Он поморщился и тихо сказал:

– Надо радоваться, что взяли в Принстон, да? Но я очень хотел в Стэнфорд.

– Ты так много учишься. Ты заслужил Стэнфорд! Но из нашей школы туда попадают только дети выпускников или сотрудников. Это дурацкая система, Дэнни. Они совершают ошибку. – Я ударила подушку кулаком. – Эй, ты чего?

Дэнни молчал, глядя в потолок. Молчание напоминало черную дыру, и я продолжила говорить, чтобы чем-то ее заполнить.

– Тебе понравится в Принстоне, гэ. Они даже не представляют, что их ждет! – Я через силу улыбнулась и потыкала его в бок.

Он приподнялся на локте и усмехнулся, указав широким жестом на свое внушительное телосложение:

– Со мной им точно не совладать.

Я рассмеялась. Дэнни снова похлопал меня по голове.

– Не расстраивайся из-за мамы, – сказал он. – Она просто переживает. Она всегда будет о тебе заботиться… Даже если ты вставишь кольцо в нос. – Он засунул пальцы в ноздри и показал мне язык. Мой брат снова стал собой.

Резкое перевоплощение застало меня врасплох. На секунду я подумала, что Дэнни-черная-дыра мне привиделся.

– Ты не ответил. Как ты себя чувствуешь?

Его телефон завибрировал.

– Это Марк. – Дэнни стремительно набрал ответ. – У Аннетт сегодня вечеринка. Ее родители уехали за город. Наверное, Марк подвезет Тию. – Он свесился с края матраса и пошарил под кроватью. – Где твой телефон, Мэй-Мэй? Тия наверняка тебе написала. Я, пожалуй, схожу развеюсь. Ты со мной?

Я похлопала руками по одеялу в поисках телефона. Он же только что был здесь! Клянусь, мой телефон иногда отращивает ноги, чтобы спрятаться куда подальше. Однажды в поисках я весь дом перевернула вверх дном и в конце концов нашла его в холодильнике.

Наконец я обнаружила телефон – он каким-то образом оказался под наволочкой. Меня и правда ждало несколько сообщений от Тии.

Мэйдэй, настали весенние каникулы! Поехали веселиться! Мэйдэй Мэйдэй Мэйдэй Ты куда пропала??

Мэйдэй, настали весенние каникулы!

Поехали веселиться!

Мэйдэй

Мэйдэй

Мэйдэй

Ты куда пропала??

К нам в гости приходила Селеста с родителями

К нам в гости приходила Селеста с родителями

И как оно?

И как оно?

Да как обычно

Да как обычно

У Аннетт вечеринка Приходи, потанцуем Покрутим попами Тебе полегчает

У Аннетт вечеринка

Приходи, потанцуем

Покрутим попами

Тебе полегчает

Не, побуду дома

Не, побуду дома

Наверняка тут будет Джоооош

Наверняка тут будет Джоооош