Фредди крутился на месте, но так и не мог понять, откуда доносился голос. В этом подвале хватало темных углов, ниш и выступов.

– Неправда. Полиция занята тем, чем и должна заниматься: наблюдает за Хендриком тен Дамме. Так что в нашем распоряжении уйма времени, чтобы уладить все вопросы.

– Так вы не тен Дамме?

– Вот вы сами и убедились, насколько эффективна наша маскировка. Мы ввели в игру пешку, удачно ее расположили, прикрыли ладьями и слонами, так что ферзь и король остались практически без внимания.

– Вздор! – крикнул Фредди. – Вас раскусили!

– Вы уверены?

Голос вдруг зазвучал иначе, уже не столь искаженно. Говорящий как будто подошел ближе. Вот только с какой стороны? Где он прятался?

Фредди не видел его, а когда почувствовал, было уже поздно. Тот вдруг оказался у него за спиной, так близко, что смог приставить пистолет к его затылку.

Фредди замер.

– Даже если полиция в пути, вас никто уже не спасет.

Вблизи его голос звучал довольно приятно.

– Так кто же я? Ай-ай… не поворачиваться, это будет слишком просто. Ну же, напрягите ум. У вас должны быть еще предположения.

– Шеф издательства. – Фредди наконец-то понял, где слышал этот голос. Этот мерзкий тип, который домогался Лени и орал на него у дверей издательства. Проклятье! И как он сразу об этом не подумал…

– Ну какой же вы умница, – произнес мужчина, не отводя пистолет от его головы. – И все же вам пора. Прощайте, герр Фёрстер!

Фредди чувствовал, как палец мужчины напрягся на спусковом крючке. Еще мгновение – и все закончится, его жизнь оборвется. Жизнь, которая так гадко складывалась, но за которую он отчаянно цеплялся. Фредди никогда не думал о смерти как решении проблем, ни разу за все месяцы уличной жизни. Для него это означало бы признание поражения, а Фредди не допускал даже мысли о том, чтобы сдаться.

В эту долю секунды перед его внутренним взором пронеслись сотни сцен. Он видел Силке с Леоном на игровой площадке. Силке на больничной кровати вскоре после родов. Его сын, завернутый в белую пеленку на руках матери…

Фредди среагировал в эту же долю секунды. Он упал, извернулся и ударил стоящего позади человека. Выстрел прогремел над правым ухом. Мир растворился в шуме. Мерзкий, высокий звон заполнил пространство, вытесняя все прочее. Фредди даже не почувствовал боли, только этот пронзительный звон.

По правой щеке стекала теплая кровь, но ему было не до этого.

Фредди бросился на мужчину и повалил на пол. Он ничего не видел в темноте и просто колотил наугад, руками и ногами. Это напоминало скорее драку мальчишек на школьном дворе.

Фредди бил и сам получал удары. Когда рукоять пистолета попала ему по виску, он качнулся, но сумел заблокировать следующий удар, всем своим весом навалился на противника и отвел руку с пистолетом в сторону. Получил коленом в живот, локтями по ребрам, но не сдавался, продолжал бороться и в конце концов смог нанести удар, который поставил точку. Мужчина внезапно перестал сопротивляться.

Фредди сполз с него и пошарил вокруг в поисках пистолета. Нашел его слева, рядом с правой рукой убийцы. Но не успел схватить его, как что-то тяжелое ударило его в шею, и мир померк…

4

Она не могла знать имени!

Эллен Лион никак не могла знать, что пропавшую девушку, новую подругу Лени Фонтане, звали Вивьен. Йенс понял это, когда Ребекка назвала ему полное имя девушки.

Возможно, тен Дамме и Эллен Лион состояли в сговоре? Все-таки они были любовниками, так что вероятность не столь уж и мала… В таком случае Йенс попался на их удочку. Это не он обставил тен Дамме, а наоборот.

Господи боже, какой же он все-таки болван!

Лени Фонтане и Вивьен Фосс вовсе не были в безопасности только потому, что тен Дамме сидел у себя дома и глушил виски.

Тен Дамме оказался приманкой, на которую было направлено все внимание полиции, в то время как Эллен, оставаясь в тени, лихорадочно заметала следы.

Во второй раз за этот вечер Йенс выжимал максимум из Красной Леди. Он понимал, что теперь одной лишь полировкой вину перед ней не искупить.

Через пятнадцать минут после своего озарения комиссар остановился перед винным магазином у канала Уленхорст.

Когда он выскочил из кабины, послышался слабый звук, приглушенный и как будто в отдалении. Однако Йенс распознал в этом звуке выстрел.

5

Эллен Лион исчезла.

Когда раздался выстрел, она в ту же секунду бросилась к выходу. Массивная дверь была закрыта, поэтому Лени не знала, что творилось по ту сторону. Неужели нагрянула полиция?

Девушка вновь обрела надежду, но в то же время ей было невыразимо больно. Вивьен лежала на каменном полу и неподвижным взглядом смотрела на Лени. Она пожертвовала собой ради нее, приняла на себя гнев Эллен Лион. Если б не Вивьен, актриса сначала вошла бы в камеру к Лени.

Если она выберется отсюда живой, ей придется нести этот груз до конца своих дней… В сравнении с этим мысль о смерти уже не так пугала.

Шум у двери прервал ее размышления. Дверь распахнулась, и в подвал спиной вперед вошел мужчина. Он тащил за ноги тело.

Эллен вошла следом и закрыла дверь. Мужчина протащил тело дальше, и когда оно оказалось в свете лампы, Лени его узнала.

Это был Фредерик Фёрстер.

Его лицо было залито кровью.

Лени хотела закричать, но страх сдавил ей горло. Ни полиции, ни спасения, а вместо этого еще одна жертва… Еще один человек, который пытался спасти Лени.

Мужчина отпустил ноги Фредерика. Он стоял спиной к Лени.

– Он мертв? – спросила Эллен Лион.

– Не знаю… – Голос мужчины звучал жалобно. – Это совсем не по плану. Нам нужно уходить.

– Прекрати. Не говори так. – Эллен Лион подошла к нему, при этом небрежно перешагнув через неподвижное тело, и нежно погладила по щеке. – Вместе мы справимся, ведь правда?

Он резко мотнул головой, и Эллен обхватила его лицо ладонями. Лени увидела в ее правой руке пистолет, прижатый теперь к его голове.

– Мы все преодолеем, слышишь? Потому что мы едины, потому что мы особенные, помни об этом. Пока мы любим друг друга, нас никто не одолеет.

– Но теперь они знают про нас, – возразил мужчина.

Эллен Лион покачала головой.

– Он знает, – она указала пистолетом на Фредерика. – И унесет это знание с собой в могилу.

Она спустила курок. Вот так запросто, словно это был какой-то пустяк…

Но пистолет лишь щелкнул.

Эллен Лион еще раз нажала на спуск – и снова раздался щелчок.

– Все-таки надо было раздобыть что-то поприличнее, – проворчала она. – Ладно, нельзя терять время. Нужно еще разобраться с девчонкой, а потом мы обернем всех троих в сетку. Через час они уже будут на дне канала, и никто их не найдет.

Мужчина не реагировал. Его взгляд был прикован к Фредерику.

– Послушай! – крикнула Эллен и ударила его ладонью по лицу. – Мне нужен сильный мужчина, а не размазня. Вспомни, что ты уже сделал и чему я тебя учила. Подумай, как ты вырос! Ты убивал их, собственными руками. Ты сильный, слышишь?!

Мужчина наконец-то стряхнул с себя оцепенение.

– Я сильный, – повторил он и посмотрел на свою возлюбленную. – Это все ради тебя.

Они страстно поцеловались. При этом пистолет снова оказался возле его головы.

– Я так тебя люблю, и ты мне так дорог, – тихим голосом произнесла Эллен, и в ее голосе была столь искренняя любовь, что у Лени по спине пробежали мурашки. – А теперь убей девчонку.

Она указала на Лени. Мужчина попытался взять у нее пистолет, но Эллен покачала головой.

– Нет, собственными руками. Руками, которыми ты касаешься и ласкаешь меня. Руками, которыми доставляешь мне столько наслаждения. Ты же сделаешь это ради меня?

Они снова поцеловались, и мужчина повернулся к Лени.

Наконец-то она его увидела.

И не поверила своим глазам.

6

– Прости, милая…

Окна были слишком узкими, чтобы пролезть внутрь, а дверь – слишком массивной, чтобы вышибить плечом или прострелить замок. Ничего не оставалось, кроме как дожидаться подкрепления. А когда прозвучал выстрел, Йенс понял, что ждать нельзя.

Поэтому он включил заднюю передачу и утопил педаль газа в пол. В кормовой части, где к массивной балке крепился фаркоп, Красная Леди была крепче всего. Там повреждения должны быть минимальными.

И все-таки она пострадает!

Йенс вцепился в руль и приготовился к удару. Он не отпускал педаль газа вплоть до столкновения, так что удар получился сокрушительным. Комиссара впечатало в спинку сиденья, после чего отбросило на руль.

Морщась от боли в шее, Йенс выбрался из кабины. Красная Леди стояла кормой к входу в магазин. Дверь была выбита, а с ней и часть кирпичной стены.

«За это меня снова прозовут Грязным Гарри», – подумал Йенс.

Плевать, у него не было выбора.

Он достал пистолет, и впервые за долгое время его тяжесть не вызвала у него отторжения. Протиснувшись между пикапом и выступом стены, комиссар обошел сорванную с петель и разбитую дверь и оказался в торговом зале.

Над полками с вином еще горел тусклый свет, но по углам царил мрак. Противник мог напасть откуда угодно, и Йенс двигался осторожно, непрерывно осматриваясь.

Несомненно, обитатели дома слышали удар.

Они знали, что он здесь.

7

Сопротивление не имело смысла – он был намного сильнее.

Лени пиналась, била руками, плевалась и кричала, но это никак ей не помогло. Точными, увесистыми ударами он загнал ее в угол камеры, отрезав все пути к бегству. Лени была оглушена и едва держалась на ногах. Из носа и разбитых губ текла кровь.