Уоррен: Я бы с куда большим уважением ко всему этому отнесся, если бы Билли не прикидывался, будто не продюсирует альбом на пару с Тедди. Не люблю я такую вот нечистоплотную фигню: когда говорят одно, а делают совсем другое.

Однако в то же время я был барабанщиком в успешной рок-группе, которой все поголовно прочили самые верхушки музыкальных чартов. А я всегда обладал здравым смыслом и чувством перспективы. Без ложной скромности!

Род: Тут пошли всякие перешептывания. Все начали переговариваться между собой, и все при этом потихоньку жаловались мне.

Карен, например, говорила:

– Он убрал оттуда клавишные и даже не обсудил это со мной.

– Тебе надо с ним об этом поговорить, – отвечал я.

Но говорить она с Билли не стала.

Или Пит, к примеру, возмущался, что вся пластинка получилась чересчур ровной и спокойной. И что такой софт-рок его, мол, сильно озадачивает. И ему я тоже посоветовал:

– Поговори об этом с Билли.

А самому Билли я сказал:

– Тебе бы надо пообщаться с ребятами начистоту.

– Если кто захочет со мной поговорить, – ответил он, – тот со мной поговорит.

А еще все постоянно спрашивали, когда вернется Дейзи, но только я один действительно хотел попытаться ее найти.

Грэм: Это явилось этаким своеобразным напоминанием о том, что все в мире меняется. Что мы уже совсем не та группа, какой она была всего несколько лет назад. Совсем недавно, захоти Билли вдруг перезаписать треки Эдди, он хотя бы со мной это обсудил бы. Он обязательно обговорил бы со мной свой замысел. А вместо этого он обсуждал теперь все с Тедди. Причем это касалось очень многого между мною и Билли. У меня была Карен. У него была Камилла и дочки. А когда ему хотелось обсудить свои соображения… ну, по крайней мере, в отношении альбома «Аврора», – то для этого у него была Дейзи. Я не хочу сказать, будто мне казалось, что Билли я больше не нужен, это все же пустая театральщина. Просто у меня, наверное, возникло тогда ощущение, что мы с ним уже не всегда в одной команде. Что мы выросли из нее, что ли.

Знаешь, я много думал о том, как я сам себя ставлю по отношению к нему. Прежде я всегда – вплоть до того момента, – всегда и неизменно ощущал себя младшим братом Билли Данна. И вот именно тогда меня внезапно осенило, что сам он, может статься, никогда и не видел себя старшим братом Грэма Данна. Мне такое как-то в голову не приходило.