– Так это, скажи, – она наклонила зонт, когда мы проходили под низкой кроной дерева, – почему ты пришла за мной?

– А ты почему приходила за мной все эти разы? – спросила я, думая, что задала остроумный вопрос.

– Мне было одиноко, – просто сказала Сьюзан.

– А.

Я почувствовала укол обиды.

Она смотрела на меня, словно ожидая чего-то.

– Я попыталась поговорить с мамой, – сказала я. – Объяснить ей. Но она дала мне понять, что все останется по-прежнему. И я подумала… ну… да к черту!

По какой-то непонятной причине она заулыбалась.

– Что, так и подумала?

– Да! – оправдываясь, сказала я. – Ко всем чертям.

– Но если серьезно, ты ведь подумала, что сделаешь, если тебя поймают? – наседала она.

– Слушай, перестань. Не порть мне веселье.

Она рассмеялась в голос:

– Я так тебя люблю.

– Тогда хватит обращаться со мной, как с ребенком, – сказала я и потрясла зонтом, чтобы вода закапала ей на лицо. – Не забывай, что я старше.

– Месяца на три. – Она широко заулыбалась. – Это вряд ли считается.

Я решила проигнорировать ее реплику.

– На самом деле мне даже хочется, чтобы меня поймали, – сказала я и, пока говорила, поняла, что это была правда.

Меня снова охватило безрассудство, которое заставило меня выпрыгнуть из окна и спуститься с крыши гаража.

– Хммм… – неопределенно отозвалась Сьюзан.