– Ты, случайно, карточку не стибрил?

– Да что вы! – говорю. – Вернемся, проверите. Я ее по памяти могу нарисовать, если хотите знать.

Не вздумал бы меня обыскивать! Голова у меня заболела еще сильнее, наверное от волнения. С удовольствием понес бы ее под мышкой, по его совету, если было бы возможно.

– Я вам обязательно портрет сделаю.

– Сделай, сделай…

– С удовольствием, – сказал я, ощупывая в кармане пистолет.

– Следить за тобой все-таки надо, – сказал он, – мало ли что взбредет в твою коробку!

– Мне вроде вчера показалось, – говорю, – Вася стакан ел, это правда? Вы видели? Или мне показалось?

– А что ему! Два года во Дворце культуры в двух секциях занимался. Что ему стоит стакан сожрать! Он и утюг сожрет. Желудок у него луженый.

– Нет, правда, как же так, неужели он стакан съел?

Этот вопрос меня мучил. Похлеще цирка получается.

– Ну, ел, ел, ну и что?

– Весь стакан съел?

– Ну, не весь, кусочек. Зубы-то у него покрепче, чем у лошади. Что ты, ей-богу, дурачок, ко мне привязался?

– Ну и какой же кусок он съел?

– А какой тебе надо?

– Мне ничего не надо, просто интересно. А у меня получится?

– Получится, получится, дуракам закон не писан. Вот будешь в объединении при Дворце культуры заниматься в цирковой секции – получится.

– При чем здесь Дворец культуры?

– Все там гении, – сказал он зло, – феномены. Из-за твоего Васи я потерял оружие… Из-за этого поэта…