Так надо же вникнуть во всемирное значение этой идеи, а не бросать ее походя в корзину со странными комментариями. В сенате США президент Вильсон признал: «Вы не знаете и не можете себе представить те переживания, которые я испытываю в результате того, что у многих миллионов человек мои слова пробудили надежды».

Право наций на самоопределение, одновременно декларированное из России и из США, позволило в XX веке демонтировать мировую колониальную систему со сравнительно небольшими жертвами и разрушениями. А ведь могло и повсеместно быть так, как в Алжире (1 млн погибших при населении 8 млн человек). Представим себе войну Индии за независимость в середине XX века!

А в России, когда вопрос встал в практической плоскости, большевики провозгласили право наций на самоопределение, как раз чтобы сохранить единство трудящихся всей Российской империи — и на этой основе произвести «пересборку» империи уже в виде Советского Союза. Без признания этого права было невозможно нейтрализовать националистические «элиты», которые после Февральской революции растащили империю. И эта программа «усмирения этнонационализма» признана в мировой науке блестящей.

Вот такие недоуменные мысли вызвало это заседание.

Но главное — где же ответ на эту доктрину «партии власти» партий оппозиции? Где их концепция сборки российской нации? Как они видят принципы межэтнического сосуществования народов России и всего постсоветского пространства? Ведь первая обязанность — изучать, обдумывать и предлагать обществу альтернативные проекты будущего. Только это может придать оппозиции силу и обеспечить массовую поддержку.

Но раз уж заговорили о нации… На эту тему откликнулась Н. А. Нарочницкая в интервью под заглавием «Мы должны стать нацией» («Наше время», 2007, № 33). Она сделала ряд утверждений, которые надо обсудить. Наталья Алексеевна — человек известный и авторитетный, замечательный историк и литератор. На мой взгляд, это самая блестящая фигура в русском патриотическом движении — и в интеллектуальном плане. Ее суждения никак нельзя оставить без внимания.

В интервью заявлено, что «мы» — не нация. Мы только должны «стать нацией». Это должно быть развернуто и сразу порождает множество вопросов и множество проблем. Замечательный антрополог С. В. Чешко писал: «С точки зрения принятых в современном мире понятийных норм следует признать не только реальное существование в СССР “советского народа”, но и признать его в качестве обычной полиэтнической нации — советской нации… Благодаря своему упорному стремлению сохранить “самобытность”, уберечь свои теории и профессиональный язык от внешних влияний отечественное обществоведение попало в концептуальный тупик. Наши ученые … даже не допускали мысли о возможности понятия “советская нация”. А в период развала СССР эта несуразица активно использовалась теми, кто пытался доказать, что СССР — это “не страна и не государство”, без своей нации, народа и поэтому без права на существование» [638].