Вот так! В юности шли с грабителем в шашлычную, продав чьи-то снятые под ножом часы. Потом «давали слова» своим дружкам-поджигателям в перестройке, разводили огонь в Карабахе. Это уже далеко не те «чистые, бескорыстные и самоотверженные служители социальной веры».
Так мы пришли к новому истоку трагедии и должны идти вперед.
Мы видели перестройку, которая собрала философов, артистов, гениев и т. д. До 1990 г. она успела сделать все разломы, распады, катастрофы и соединила это в огромный синтез. И в том синтезе небольшая, но важная система и новый исток контрреволюции. А после 1990 г. «неявный» криминалитет разгромил производство — и России, и всю Евразию. Уже более 20 лет мы с трудом вырывались из рук олигархии. И надо помнить глубокие слои — глобализация уже покрыла землю.
Вот другой риск: «Советское кино возникло как социокультурная антитеза дореволюционному коммерческому кинематографу… Но к середине 1980-х гг. общий контекст кинематографа сильно изменился… В результате формационного слома на рубеже 1980–1990-х гг. прежние достоинства кинематографа были утрачены, а сопоставимые с ними новые до сих пор так и не обретены» [817].
Это общество сотворило нового человека и совершило богоборческое дело — создало
Психика
Психика
В СССР никто не мог предположить, что через какие-нибудь 30 лет в результате перестройки советский генерал Дудаев, поэт Яндарбиев, гидролог Басаев станут организаторами террористического квазигосударства! Старшее поколение помнит потрясения перестройки… И после очередных кровавых событий мы слышали недоумевающие фразы от тех, кого принято назвать элитой: «Мы не знаем общество, в котором живем…» Или: «Мы на самом деле были слепые поводыри слепых…»
В 2005 г. директор Центра судебной психиатрии им. Сербского, экс-министр здравоохранения РФ Т. Дмитриева сообщила на одной из конференций, что уровень психических расстройств с начала 1990-х годов увеличился в 11,5 раза. Растут смертность и заболеваемость, связанная с психическими расстройствами. В частности, 80 % инсультов в стране происходят на фоне депрессий. Всё это — признаки тяжёлой духовной болезни.