30[429]. Преподобного отца нашего Исайи монаха, пресвитера и затворника в башне Никомидии, о пожертвованиях, даваемых во святых Христовых церквях священникам для поминовения на литургиях

Один правитель в Никомидии, внезапно смертельно заболев, поручил родственнику раздать свое имущество бедным и сиротам, а еще дать вольную рабам, но не дал священникам денег, чтобы они поминали его на литургии. Когда же больной, призвав молитвы преподобного отца нашего Исайи, вновь стал здоровым, то, встав [с ложа,] пришел к преподобному. Святой, увидев его, и исполнившись радости, восславил человеколюбивого Бога. Затем, повелев ему присесть, спросил, когда прекратилась болезнь. Тот ответил, что в тот самый час, когда просил святых его молитв. Но преподобный узнал духом то, что сопутствовало болезни, и говорит ему: «И ты, чадо, дал священникам на поминовение о спасении души?» Он же: «Нет, честной отче, что за выгоду я получил бы, даже если бы и дал им? Ничего другого, как потерю того, что дал». Преподобный отец наш Исайя говорит ему: «Не говори так, чадо. Ибо Иаков, брат Господень и ритор Церкви, пишет: Болит ли кто в вас, да призовет пресвитеры церковныя, и да молитву сотворят над ним, помазавше его елеем во имя Господне, и молитвы веры спасет болящаго, и воздвигнет его Господь: и аще грехи сотворил есть, отпустятся ему[430]». Преподобный, сказав это и многое другое, наставив и вразумив его, сказал ему: «Чадо и брат, мысленная твоя десница есть твоя душа, шуйца же — твой разум». И тотчас повелел ему, за неверие его, отдать одну номисму, во уверение, для поминовения на литургии, а тот и отдал ее одному пресвитеру. И отправился к себе домой. И когда спустя сорок дней отслужили [все] литургии, он будто пробудился ото сна, и вот внезапно двери отворились и въехали всадники, красивые и ангелоподобные, двадцать справа и двадцать слева. Человек, увидев их, и испугавшись их необычайного и страшного вида, говорит им: «Господа мои и владыки, зачем вы пришли в жилище грешного человека?» А они ему: «Мы, сорок, которых ты видишь, — твои литургии, которые были [отслужены] ради тебя человеколюбивому Богу; и мы посланы Им, чтобы сопроводить тебя в святую Церковь. Итак, войди внутрь, не сомневаясь, с радостью. Вот священническими руками были исполнены для тебя сорок литургий для единения с мирным устроением Царя[431]». Сказав это и побеседовав с ним, они отступили от него. Тогда тот правитель, просветленный святым откровением, вспомнил три возношения святого апостола Варфоломея, благодаря которым тот вышел из бездонной пропасти с железным ларцом; а так же и сорок [возношений] святого апостола Филиппа, благодаря которым архистратиг Михаил его, устрашаемого видом возбраняющего вход огненного меча, взял за руку и ввел в рай. А еще — то великое возношение и литургию, которую блаженный и святой Сильвестр Римский совершил под началом святого первоверховного апостола Петра. Ибо он и дракона, свирепого и мечущего яд зверя, посредством медных врат предал вечному и гибельному удушению. И все сие приведя на память, правитель твердо уверился, согласно наставлению преподобного отца нашего Исайи, что большой силой обладает бескровная жертва, приносимая человеколюбивому Богу во отпущение грехов.