– Ой! Я же три урока пропустила! Сейчас занятия закончатся, и они сюда примчатся, – Катя даже думать не могла о том, чтобы их увидеть! – Нет! Не могу, не могу, не могу!!! Да. Они были правы, а я оказалась идиоткой, но не сейчас! Пожалуйста! А скоро ещё наши вернутся! Волк озвереет, само собой. Нет! Куда мне деться, уползти и забиться в угол какой-нибудь, чтобы это просто пережить? – и тут её озарило! – Секундочку! А что если… Нет, это, конечно, плохо, и всё такое… Но, мне очень надо время! И побольше! И чтобы никто не трогал! – Катерина решительно сунула звонящий смартфон обратно в рюкзак и отправилась в междустенье. Постояла посреди большой уютной комнаты, глубоко вздохнула и вызвала ворота!

Странно было вернуться в Дуб в одиночестве. Она почти никогда одна тут не оставалась. Дуб сразу же открыл ей дверь, и огонь в печи зажегся и самобранка развернулась и стулья забегали, наперебой предлагая устроиться поудобнее. И сверчок запел, впрочем, он всегда пел, был кто-то в Дубе или нет! Катерина ничего не хотела! Ни есть, ни пить, ни на стуле прокатиться. Она бессильно лежала на кровати в свое комнате, глядя в дубовый потолок и вспоминала-вспоминала-вспоминала.

– Почему, почему я не обратила внимание на то, что он постоянно врал? Я же слышала! Просто не хотела вслушиваться. Просто мне было так лестно, что на меня первый парень на деревне внимание обратил, что я даже думать не хотела! Дура! Летала в облаках!!! Вот и шмякнулась бы оттуда всей тушкой! – Катерине было так больно и плохо, что она ругалась на себя в голос, чтобы немного отвлечься. – Идиотка! Одно хорошо, что не высказала Степану и Киру всё, что хотела! А ведь собиралась!

Невозможно реветь и расстраиваться всю жизнь. Даже если тебя так обидели! Во-первых, поход в туалет организм не отменял. Пофиг ему на все твои рыдания! Всё равно вся лишняя жидкость слезами не выльется! Во-вторых, и пить и есть тоже в конце концов захотелось, пусть и не скоро. Да так захотелось, что Катерина едва не подавилась, второпях глотая куски пирога. А в-третьих, глянув на себя в зеркало, Катя чуть не отшатнулась в сторону. Всклокоченная голова, зарёванная, местами красная, местами припухшая физиономия просто взывали к срочному посещению ванной. В Дубе ванной служила большая дубовая лохань со сливом, в которую текла горячая вода.

– Вот спасибо Баюну! – булькала Катерина, распутывая мочалку в которую превратилась её коса после долгого мотания в рыданиях по подушке. – Вот хоть немного погреюсь и в порядок себя приведуууу,– слёзы снова полились, они мешались с водой, и пока полностью не закончились, и Катерина не вылезла из дубовой ванной.