Например, почти незамеченным оказался схожий проект Gannett, VR Stories by USA Today[191], вышедший на полгода раньше и ориентированный в основном на развлекательную составляющую. Зритель садится в боб с бобслеистами, участвует в рыцарских состязаниях, летит в бомбардировщике В-29.

Другое приложение, TheGuardianVR[192], запустили осенью 2016 года. Оно направлено на сопереживание, занимая нишу между The New York Times и USA Today. С его помощью можно увидеть вечеринку глазами человека с расстройством аутистического спектра; оказаться в тюремной камере размером 6 на 9 футов; стать годовалым ребенком.

Журналистика в виртуальной реальности только ищет себя. Перед производственными группами встают неожиданные вопросы. Какова должна быть драматургия видеоролика, если зритель может повернуться в любую сторону? Как привлечь его внимание? Если мы привлечем внимание, чем это отличается от обычного видео?

Таких вопросов без общих ответов много. Та же The New York Times часто делает свои VR-материалы трансмедийными, «размазанными» по нескольким форматам. Но вряд ли лозунг «делайте только трансмедийные материалы» можно считать рецептом успеха.

Короткие развлекательные ролики, например, ничем не хуже. Но подход к ним должен быть совершенно иным, ориентированным на качество визуального ряда, а не сложный сторителлинг.

В «Путеводителе» перечисляют трудности, с которыми сталкиваются продюсеры:

• Журналистам и потребителям приходится переучиваться производству и потреблению контента (трудности зрителя – трудности продюсера);

• Распространять и продавать такой контент непросто;

• В отличие от линейного рассказа приходится создавать ветвящееся динамическое повествование – этому, мягко говоря, не учат на журфаках;

• Мало кто пока работает с волюметрическим захватом – техникой, позволяющей сканировать снимаемые предметы в трех измерениях и передвигаться между ними;

• Потребитель становится и хочет быть активным участником истории.

Кроме того, у мобильного VR есть очевидные проблемы. Мы не знаем точно, насколько хорошо устройство пользователя передает то, что мы хотим сказать. Мы даже не знаем, надел ли он наушники (об этом просят все приложения без исключения, беспокоясь, конечно, не столько о пользователе, сколько о глубине погружения).

При всем этом мобильный VR остается самым доступным способом показать иную реальность, а «ручной» режим оставляет возможность видеть окружающий мир и не сталкиваться с другими людьми.

В ближайшем будущем доля таких трехмерных приключений будет расти благодаря внедрению подобного формата в ленты социальных сетей. Facebook поставил перед собою задачу в ближайшие годы обеспечить доступ к виртуальной реальности миллиарду человек^[61]. Это нельзя сделать, дав каждому шлем, но легко, интегрировав записи с мобильным VR в ленту социальной сети.