Почему первый вариант рыхлый

Я заметил, что начинающие авторы неизбежно «думают на бумаге». В пылу творческого порыва, записывая сцены, теряясь в них, восхищаясь главным героем или героиней, смакуя великолепную порочность злодея, они записывают сцены, не продумав их до конца. Это старый принцип «Так о чем это я?» Во время работы все кажется на своем месте. Иногда поток вдохновения настолько силен, что вы даже не задумываетесь о смысле и бессмыслице. Вы смотрите собственный фильм.

Советы Скипа Есть старая присказка: «Проще, придурок!» (KISS: Keep It Simple, Stupid!). Если вы не можете в двух словах пересказать сюжет, очень плохо. То же самое с романами. В книге «Как вырастить роман»[31] Сол Стейн пишет: «Сюжет самых популярных романов, которые я редактировал в течение многих лет, умещается в один параграф».

Советы Скипа

Есть старая присказка: «Проще, придурок!» (KISS: Keep It Simple, Stupid!). Если вы не можете в двух словах пересказать сюжет, очень плохо. То же самое с романами. В книге «Как вырастить роман»[31] Сол Стейн пишет: «Сюжет самых популярных романов, которые я редактировал в течение многих лет, умещается в один параграф».

Главное препятствие на пути молодого автора — «синдром единственного ребенка». Весь мир вращается вокруг единственного чада. Чем больше детей, тем меньше внимания родители уделяют разбитым носам и коленкам. Они смазывают их йодом и возвращаются к ежедневным заботам. В связи с этим я вспомнил сцену из серии Монти Пайтон The Meaning of Life («Смысл жизни», 1983). Джон Клиз, одетый в лохмотья, изображает валлийку, которая рожает детей одного за другим. Она окружена хнычущими малышами. Новый младенец (кукла) выпадает у нее между ног, она кричит одному из старших детей: «Возьми это, эй!», а сама разговаривает по телефону. Не надо становиться таким бездушным, но вы меня, надеюсь, поняли.

Начинающие сценаристы с таким трепетом относятся к своему первому произведению, что всегда и по многу раз задают один и тот же вопрос: «Я хочу кому-нибудь показать свой сценарий, но как мне убедиться, что они не украдут мою идею?»

На что я неизменно отвечаю: «Никак». Я мог бы рассказать им, что у меня украли как минимум один сценарий (я написал его вместе с Линдой Блэр — «Изгоняющий дьявола»). По нему сняли фильм, и фильм провалился, а он бы не провалился, если бы в наш сценарий не внесли дурацкие изменения, которые они должны были внести, чтобы никто не догадался, что сценарий чужой и украден. Но я обычно ничего не рассказываю об этом, потому что это не имеет значения. Главное в том, что если вы напишете действительно выдающийся сценарий, с ним будут обращаться как с настоящим сокровищем. Все захотят его прочитать, заполучить, разделить лавры. Достичь этого можно только практикой: вы пишете много-много сценариев, много-много раз их переписываете, и они начинают соответствовать самым высоким стандартам.