Преподобный Феодор Санаксарский
Преподобный Феодор Санаксарский
В 1741 году молодой дворянин Иван Ушаков был определен на воинскую службу в лейб-гвардейский Преображенский полк Санкт-Петербурга. В ночь перед отъездом из дома – родового гнезда в Ярославской губернии – совсем еще юный Иван не сомкнул глаз. Он был полон надежд и чаяний от еще неведомого, но обязательно доблестного служения. Что ждет его там: почет, слава, геройские подвиги или разочарование? Недавно вернувшийся со службы родной брат Федор предостерегал Ивана от раздольного быта и увеселений, которые царили в столице среди молодых дворян-офицеров. «Худые сообщества развращают добрые нравы», – говорил Федор, но Иван, казалось, не слушал его. Умом он был уже там, в Петербурге, где жизнь его должна стать ярче и разнообразнее, чем в родном доме.
Через год после поступления Ушакова на службу его повысили в звании за особое усердие и добропорядочность. Иван, казалось, уже привык к веселой и беспечной жизни столичного дворянства, к постоянным праздникам и пирушкам, царившим среди его товарищей-гвардейцев. Так бы это и продолжалось, не стань Иван свидетелем одного происшествия. Один из товарищей Ивана, всегда отличавшийся здоровьем и хорошим настроением, про которых часто говорят – «душа компании», во время очередной пирушки внезапно упал на пол и умер. Он был только на год старше Ушакова. Этот случай потряс всех присутствующих, но на Ивана произвел особое впечатление. Он точно очнулся от сна, вдруг осознав всю непрочность того, что люди называют земным счастьем. Иван решился оставить все, о чем он когда-то мечтал: воинский чин, славу, почет, друзей… чтобы тайно бежать в пустыню. В этот момент ему только исполнился 21 год.
Обладая от природы решительным характером, Иван на следующий день после похорон товарища тайно ушел из Петербурга в поморские леса на берега Северной Двины и поселился в заброшенной избушке. Крестьяне подкармливали его, а местное начальство было недовольно незаконным поселенцем. После императорского указа с требованием «выявить всех, укрывающихся в лесах от закона», Ушакова арестовали. Он не имел при себе никаких документов. При допросе Иван откровенно сказал, что тайно ушел со службы в гвардии, а потому сразу был доставлен в Санкт-Петербург к императрице Елизавете Петровне.
Вместе с караульным Иван Ушаков стоял во дворе у царского крыльца, дожидаясь решения императрицы о своей дальнейшей судьбе. Семья Ушаковых была известна и уважаема как при дворе, так и среди петербургской знати. Весть о том, что Ушаков найден и доставлен во дворец, быстро пронеслась в гвардейских полках. Многие собрались посмотреть на молодого подвижника, смиренно стоящего у крыльца. В этом изможденном человеке трудно было узнать блестящего гвардейца. Кто-то смеялся над ним, кто-то жалел, а кто-то вообще не верил, что это он.