В 1937 году он был расстрелян по обвинению в непримиримой вражде к Советскому государству. Осталось завещание митрополита Петра всем чадам Русской Церкви, в котором он пишет: «Вас же прошу исполнять с любовью, как послушных детей, все правила, постановления и распоряжения Церкви. Это поможет вам укрепить волю в добре, почувствовать сладость духовной свободы от страстей, мир совести и торжество победы в борьбе со злом».
Протоиерей Сергий Булгаков
Протоиерей Сергий Булгаков
На знаменитой картине Михаила Нестерова «Философы» изображены два беседующих человека. Один из них священник, а другой мирянин – ученый, опустивший голову, – это и есть будущий протоиерей Сергий Булгаков. Однако в момент написания картины это был марксист, социал-демократ, ученый-политэкономом, занимающийся проблемами экономического развития мира, классовой борьбой, соотношением рынков при капиталистическом производстве. В целом его труды охватывают двадцать тысяч печатных страниц – это тридцать томов! Он переведен на все европейские языки. Экономист, историк, эссеист, литературный критик, философ, богослов, профессор, комментатор Библии, человек необыкновенно разносторонний и, наконец, священник – вот таков Сергей Николаевич Булгаков.
Он родился в 1871 году на Орловщине, в семье потомственного священника. «Семья была большая, – как вспоминал сам Сергей Николаевич, – нам жилось бедно, да и отец частенько пил». Хотя в целом о детстве у Булгакова остались только добрые и трогательные воспоминания. Он поступает в духовное училище, затем в семинарию, в которой проявляются его удивительные способности разностороннего ума. Но там же, в Орловской семинарии, в нем происходит и крушение веры. В то время студенты духовных школ читают Писарева, Добролюбова, Чернышевского, многие увлечены атеизмом. Они готовы служить народу, но служить Богу – для них пустое слово. И Булгаков становится одним из них. Он оставляет семинарию и поступает в университет, целиком посвящая себя изучению экономических теорий и, в частности, политэкономии Маркса.
Булгаков не был фанатиком политических мифов, он был ученым и искренне старался разобраться в марксизме. Пытаясь доказать его правоту, он все больше и больше убеждался в надуманности, отвлеченности, схематичности этой концепций. Он вдруг начал понимать, что здесь больше мифа, чем подлинной науки. Такое понимание пришло к Сергею Николаевичу, когда он уже был университетским преподавателем, успешно защитившим докторскую диссертацию. Вот что пишет он об этом времени в дневнике: «В душе моей воцарилась религиозная пустота… О, как страшен этот сон души. Ведь от него можно не пробудиться за целую жизнь. Одновременно с умственным ростом и научным развитием душа неудержимо и незаметно погружалась в липкую тину самодовольства, самоуважения, пошлости. В ней воцарялись какие-то серые сумерки, по мере того как все потухал свет детства».