Рой побледнел и отступил от нее так, что Венди покачнулась. Неужели она смеется над ним?

– Это чушь, не так ли? Я должен порвать книгу на мелкие кусочки и просто сдаться. Может быть, я смогу устроиться барменом или еще кем-нибудь.

Венди прижалась спиной к кирпичам стены, окружающей сад, и пыталась сохранить спокойствие.

– Не знаю, Рой. Я выпила слишком много вина, курила травку из трубки и должна признаться тебе, что так и не смогла полностью прочесть ни одной из твоих книг.

Рой уставился на нее:

– Даже «Оранжевый»?

Венди перевела взгляд на окно верхнего этажа. Теперь на кровати не было никакого движения, только какая-то большая шишка. Потом шишка встала дыбом, и она отвела глаза.

– Кроме того, меня уволили из Fleurt. Теперь я работаю в другом журнале. Enjoy! – это огромное понижение в должности и даже не постоянная вакансия. Я заменяю кого-то в декретном отпуске… да и зарплата дерьмовая. Это журнал для тех, кто не прочь провести целый день в Macy’s[65], но мне там нравится.

– Эй, простите…

Это был Стюарт Литтл, рыскавший в траве рядом с учителем латыни.

– Простите, что прерываю, но кто-нибудь из вас видел мой скейтборд? Я почти уверен, что оставил его прямо здесь.

– Наш дом находится чуть дальше по Кейн-стрит, на Чивер-стрит, – сказала Мэнди Пичес.

– Я знаю.

В последнее время Пичес казалось, что она знает все. Это было не самое приятное чувство. Ее раздражало, что у нее были ответы на все вопросы, а остальные люди вокруг казались какими-то потерянными. К тому же она была довольно пьяна и под сильным кайфом, отчего все вокруг казалось слегка неправильным.

– Я как-то выгуливала собаку возле твоего дома. Она умерла. Ей было лет сто.

– Нужно перейти улицу, – скомандовала Мэнди. – На школьной площадке есть туннель, примыкающий к горке. Я хочу попасть внутрь.