– Кто из вас вилка, а кто розетка?

Я опустил голову, отказываясь отвечать.

– Кто из вас пробка, а кто бутылка?

Лицо у меня горело, а Трент все не отставал, упражняясь в остроумии.

В затылке закололо, по шее тек холодный пот. «Шуточки» Трента звучали все громче и громче, пока…

– Эй!

Я замер и обернулся. Чип заслонил Тренту дорогу и выставил руку, мешая следовать за мной.

– Какого черта, чувак?

Опять это слово – «черт». Как будто сейчас так выражаются.

– Что не так?

– Почему ты всегда ведешь себя с ним как придурок? Что он тебе сделал?

– Да ничего, я так, прикалываюсь.

– Нет, не прикалываешься. Ты над ним издеваешься. И после того как я сказал, что он мне нравится, ты вообще как с цепи сорвался.

Чип бросил на меня быстрый взгляд через плечо.

Я словно прирос к земле.

А Чип снова повернулся к Тренту.

– Ты же мой лучший друг. Так почему ведешь себя так, будто этого не заслуживаешь?

Трент открыл было рот – и тут же закрыл. Он перевел взгляд с Чипа на меня, потом посмотрел на Гейба и Джейдена, которые стояли неподалеку и наблюдали за нами, скрестив руки на груди.

Лицо у Трента стало пунцовым.

Прежде я не замечал, что пунцовый Трент похож на недовольного младенца.