Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства совершения учреждением мер, направленных на предотвращение наступления убытков либо уменьшения их размера.

Доказательства, подтверждающие противоправность действий (бездействия) предприятия, в материалах дела также отсутствуют. При таких обстоятельствах вывод судов о недоказанности вины предприятия в причинении вреда является законным и обоснованным. Суды также указали на то, что учреждение документально не подтвердило размер убытков, подробный расчет убытков в деле отсутствует.

Таким образом, учреждение не доказало наличие необходимых для возмещения вреда условий, поэтому суды обоснованно отказали в удовлетворении требований» (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 03.03.2011 по делу № А61-1273/ 2010).

Однако сколько веревочке ни виться, конец будет… В 2011 г., ровно через сто лет после дела Chaplin г. Hicks [1911], вдруг совершенно внезапно грянуло:

«Суд не может полностью отказать в удовлетворении требования участника хозяйственного общества о возмещении убытков, причиненных обеспечительными мерами по необоснованному требованию (статья 98 АПК РФ), только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности.

В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности» (Постановление Президиума ВАС РФ от 06.09.2011 № 2929/11 по делу № А56-44387/2006).

А теперь сравним выделенную фразу со словами английского судьи: «Сложность расчета убытков не освобождает лицо, нарушившее договор, от обязательства возместить убытки». Один в один. То же самое, только другими словами. Сто лет спустя пришли к тому же самому… Ну, да лучше поздно, чем никогда.

Спор, в котором ВАС перенял и применил английский принцип, шел по акциям. В первом споре истец хотел что-то там взыскать с ответчика, не суть важно, но в качестве обеспечительной меры просил суд наложить арест на акции ответчика. Суд наложил арест.

Пока длился спор, ответчик не мог продать акции. Спор закончился. Арест сняли. Выяснилось: на дату наложения ареста акции стоили 5 рублей, на дату снятия – 2 рубля. Вот эта разница и есть убыток, упущенная выгода ответчика, которую ответчик пошел взыскивать с истца отдельным иском.