Почему любовь заводит их в тупик? Жакку мог разойтись с женой: та не возражала. Он мог бы жениться на Линде. Но похоже, что он не решался, и даже, что Линда не слишком к этому стремилась. Однако, после семи-восьми лет, когда ей уже исполнилось 35 лет, она не устала от двусмысленности своего положения, от гамлетовских колебаний своего возлюбленного, быть может и от его учительского тона, и связь между ними сошла на нет, хотя они продолжали видеться и говорить.

Похоже, что у Жакку не только ревность, а искреннее негодование вызвало появление у Линды новых любовников. В письмах он с подлинным отчаянием говорит о ее «падении», убеждает ее выйти замуж. Первым появляется некто Андрэ Цумбах, техник на женевском радио; лет на 10 моложе Линды Бо, и к тому же обрученный с другой девушкой, на которой он впоследствии и женился.

Жакку ведет себя нелепо и смешно. Он устраивает себе встречу с молодым человеком и начинает уговаривать того жениться на Линде. Тот цинично отвечает: «Вы же сами этого не сделали, что же вы мне советуете?» Тогда Жакку посылает Цумбаху фотографии раздетой Линды и анонимные письма о ней, рисующие ее в неприглядном виде…

Но после всего этого проходит еще больше года. У Линды новый роман, Жакку отказался от мысли о разводе и как будто помирился со своей, всегда его любившей женой. Цумбах перестал и вспоминать всю эту историю.

И вдруг… Около полуночи на виллу Цумбахов под Женевой (Андрэ Цумбах в это время был на работе, на радиостанции) врывается какое-то остервенелое, полубезумное чудовище. Этот одержимый и натыкается на старика Шарля Цумбаха, отца Андрэ, выпускает в него пять пуль из револьвера, затем наносит ему еще семь ран ножом… с такой силой, что лезвие проходит в тело насквозь и выходит через спину… На шум прибегает жена жертвы: убийца стреляет в нее и ранит, потом выскакивает на улицу, садится на велосипед и стремглав исчезает в ночи.

Был ли это Жакку? Присяжные считают, что это был он. Он не сознался. Косвенных улик против него много, но всё не без двусмысленности. Можно только с уверенностью сказать, что он никогда бы не был осужден, если бы не две вещи: одна – его болезненная ревность, анонимные письма, сцены с Линдой и с Андрэ Цумбахом; другая – его гордый, неуступчивый характер, которым он за свою карьеру нажил себе массу врагов среди влиятельных лиц Женевы. Если встать на ту точку зрения, что преступник был именно Жакку, мы упираемся в массу загадок и противоречий. Попробуем их перечислить, приводя и соответствующие возражения, и объяснения.