Надо, между тем, различать две вещи. Одна – факт, что в одних странах положение русской эмиграции лучше, в других хуже; что в данный момент их отношение к СССР более или менее враждебно. Это, понятно, вопросы для нас всех, русских изгнанников, крайне важные и острые. Но ведь кроме этого есть и другое. Государства имеют тех или иных союзников в силу сложной цепи условий, куда входят географическое положение, экономика, исторические события, национальный характер. Можно допустить, что грядущая Россия, в частности монархическая, какой она имеет много шансов быть, примет в известной мере во внимание и отношение иностранных держав к русским антикоммунистам в советскую эру и, еще более, их поведение относительно большевиков. Но мы решительно не думаем, чтобы эти факторы смогли явиться определяющими. И, говоря о них, непременно надо учитывать, что в тот период и во Франции, и в Германии, и в других странах, будут у кормила правления новые люди и новые партии, и что не исключена даже возможность того, что послы императорской России будут иметь перед собою представителей Германской Империи или Французского Королевства.

Люди и политическая конъюнктура сменяются, и сменяются быстро. Что остается более постоянным, если и не вовсе незыблемым, это те факторы, какие мы перечислили выше. У нас нет решительно никакой антипатии к немецкому народу, обладающему массой хороших свойств. Но сколько уже веков всякая Германия, католическая и протестантская, феодальная и буржуазная, монархическая и республиканская упрямо стремится на восток? Карта Германии покажет внимательному взгляду исчезающие островки славянского племени вендов, былых владельцев большей части ее территории, покажет множество названий, где под тевтонской оболочкой уцелел славянский корень – Бранденбург вместо Бранибора, Померанию вместо Поморья. История расскажет, как немцы покорили чехов, как они подорвали мощь Польши. Расскажет и о том, как они находили не раз сокрушительный отпор – от одних русских на льду Чудского озера, от объединенных сил славянства под Грюнвальдом и Танненбергом. Есть ли основания думать, что политика новой Германий окажется совершенно иной?

Конечно, долгие промежутки Россия и Германия жили в дружбе. Но не трудно разобраться почему. Когда-то их объединяла общая вражда против Польши. Но Польша перестала быть и в ближайшее время наверное не станет вновь грозной и могучей державой. Германия и Россия, как два колосса, стоят одна перед другой, разделенные землями, где той и другой важно упрочить свое влияние. Можно верить в мир между ними и его желать, но не легко представить себе общность их интересов. Они были, положим, едины в моменты, когда Наполеон равно грозил обеим странам; но то было время вряд ли повторимое.