— Я думаю, что скоро всё равно придётся покупать дом или квартиру, — заговорил Санька. — Но есть одно препятствие, которое я пока не могу преодолеть. Вика опасается потерять работу.

— Она, кажется, авиационный инженер?

— Да. Если бы не эмиграция, работала бы в бюро Туполева, знаменитого авиаконструктора. Это такая же величина, как в Соединённых Штатах Боинг, Говард Хьюз, Сикорский.

— Я понимаю.

— А её отец — крупный учёный-теоретик в области авиастроения.

— Я постараюсь помочь ей. Поговорю с моим другом. Он юрисконсульт в аэропорту Нью-Арка.

— Буду тебе очень благодарен, Сара.

Они вышли из кафетерия и направились к станции метро. Он нашёл её руку, она не одёрнула её, лишь посмотрела ему в лицо, озарённое уличными фонарями и ярким светом реклам. Он хотел её обнять, но она отстранила его ладонью и поцеловала в щеку.

О разговоре с Сарой он ничего не сказал Вике, а решил подождать несколько дней, полагая, что дело потребует времени.

Обычно в субботу днём родители или он сам выходили на связь. В Москве наступал вечер, когда все Абрамовы собирались на Большой Серпуховской улице, чтобы услышать с Брайтон-Бич последние новости. Раздался звонок и Санька поднял трубку.

— Сынок, — услышал он голос отца. — Вчера получили, наконец, разрешение. Готовьте аэродром.

— Поздравляю, папа. Только, прошу вас, берите с собой самое необходимое. Здесь за гроши купите одежду и мебель.

— Мы понимаем, Санька, но как расстаться с вещами, которые доставались с большим трудом и за которыми иногда вековая история.

— Если это семейная реликвия, то конечно. Эмиграция, папа, очень тяжёлая штука. Многое приходится пересматривать в себе и в реальной действительности.

— Вот мама хочет тебе что-то сказать.

— Здравствуй, сынок. Как там наши дети? Бабушка Соня рвалась к вам на помощь, и примчалась бы, если б не смерть дедушки.

— Да всё в порядке, мама, растут. Надо бы подумать о квартире для вас. Месяца через два вы приедете?

— Сейчас повальное бегство. Очень трудно достать билеты. Папа с понедельника начнёт ими заниматься.

— Как моя сестрёнка?

— Плачет Эллочка, — вздохнула Инна Сергеевна. — Она познакомилась с русским мальчиком и не хочет уезжать.