Наиболее подробно о «стране бьярмов» повествует Оддсага, рассказывающая об Одде Стреле, или Одде со стрелами, как по-разному переводят его имя. Персонаж этот замечателен тем, что удивительно напоминает «вещего Олега» нашей летописи. До сих пор исследователи гадают: то ли Одд Стрела был «вещим Олегом», то ли сказание о нем попало в руки одного из летописцев? Сравнивая сообщение «Повести временных лет» под 912 годом с сагой, можно предполагать, что имело место и то, и другое.

Еще в ранней юности, когда ему исполнилось двенадцать лет, Одд слышит предсказание вещуньи, что проживет много больше других людей — по одним вариантам сто, по другим триста лет, — совершит великие подвиги на морях и на суше, слава его пройдет по всем странам, но умереть ему суждено здесь, на родине, в Беруриоде, и погибнет он от головы коня Факси, который сейчас в конюшне. Услышав такое предсказание, Одд со своим другом и побратимом, у отца которого он живет, на следующий день выводят Факси, убивают и зарывают его глубоко в землю. После этого Одд уезжает.

Саги рассказывают о его подвигах в различных странах, в том числе и на Севере. Однако большую и главную часть подвигов Одд совершает где-то на юге. Возвращаясь из Святой Земли, он попадает в страну гуннов, как именуют некоторые саги южную Русь. Там в результате нескольких победоносных походов против внешних врагов Одд женится на дочери короля, которую зовут Силькисиф, и становится правителем страны. Под старость, хотя он и помнит о предсказании, Одда одолевает желание съездить в Норвегию, чтобы узнать, кто теперь владеет его родным островом Рафниста. Пробыв там некоторое время и устроив свои дела, Одд отправляется в обратный путь. Корабль проходит мимо Беруриода, и Одд не может сдержать желания взглянуть на место, где стоял дом его приемного отца. Теперь там никто не живет. Одд ходит по пустынному Беруриоду, рассказывает спутникам, где какие строения стояли в годы его юности, и наконец предлагает вернуться на корабль, говоря, что он ушел от своей судьбы и в Беруриоде его не сожгут.

Спускаясь с откоса песчаного холма, который намело за это время, Одд задевает ногой лошадиный череп, из которого выползает змея и кусает его в ногу. Распухла сразу нога и бедро, яд стал причинять сильную боль. Тогда Одд приказал вырубить ему гробницу в скале на берегу и, пока не наступила смерть, слагал песню о своей жизни и своих подвигах.

Был ли Одд тем человеком, которого на Руси знали как «Олега вещего», то есть «знающего»? По-видимому, да. Можно предположить, что летописец знал рассказ саги, но как объяснить соответствие содержания саги общей биографии Олега? Историков до сих пор приводит в недоумение исключительное и в то же время неопределенное положение Олега среди первых русских князей. Он — князь-регент, какой-то родственник Рюрика и Игоря. По одной версии, Олег всего лишь полководец Игоря, правящий его именем в годы малолетства; по другой — сам правитель, только после смерти которого престол в Киеве достается Игорю. Сага, как мне кажется, вносит в эту путаницу определенную ясность, позволяя думать, что Рюрик и Олег были женаты на родственницах — на родных или двоюродных сестрах. Вот почему, женившись на дочери короля, Олег был только временным правителем государства до возрастания законного наследника.