Блюменфельдское костяное навершие выполнено местным резчиком по кости. Он изобразил животное схематично, но довольно живо, снабдив его длинными острыми копытами и головкой грифона на лопатке. Бронзовый котелок из с. Рахинка с рельефным изображением животного, как я отметил выше, вероятно, семиреченского происхождения.

В покровских курганах на р. Илек найдены бляшки с изображением горных козлов. Головка этого животного с большими рогами и клочьями шерсти на горле отлита из бронзы (рис. 16, 1г). Две золотые бляшки представляют композиции из двух головок (рис. 16, 2з). Это — разновидность сюжета в виде пары противопоставленных голов горных козлов, известного на бронзовых и золотых бляшках и пряжках Казахстана, Приаралья[1104] и Ордоса[1105] и на ряде предметов из Причерноморья[1106]. Трактовка покровских голов близка восточным образцам, но предметы, тождественные этим золотым бляшкам, мне не известны.

Голова горного козла украшает широкий конец бронзового налобника из кургана 2 Мечетсайского могильника (рис. 80, 7). Оригинально расположение этой головы, обращенной в сторону узкой части подвески. Может быть, такая схема возникла под влиянием известного в европейском искусстве мотива копытных животных, стоящих или лежащих с повернутой назад головой.

Совершенно в сибирском стиле выполнена фигурка стоящего на кончиках копыт горного козла на золотой серьге из кургана у с. Сара (рис. 35Б, 9). На бронзовых предметах из Казахстана, Восточного Памира, Южной Сибири и Ордоса аналогичные фигурки животных обычно украшают оружие, различные навершия, зеркала, колокольчики, бляшки и пр. В Северном Причерноморье этот тип горного козла совершенно неизвестен.

Наконец, горный козел изображен в сцене борьбы животных, показанной на роговой пластине из группы Пятимары I (рис. 33). Он представлен крупным планом, лежащим с подогнутыми ногами. Два хищника-медведя, о которых было сказано выше, занимают угол этой пластины. Несмотря на статичность всей композиции и большую несоразмерность между отдельными животными, они связаны друг с другом. Стоящий медведь, повернув голову назад, кусает морду копытного, а малый хищник как бы вцепился в колено передней ноги этого животного. Далеко не вся фигура животного сохранилась, но мы можем признать в ней козла по следующим деталям: по изображению бороды под нижней челюстью в виде завитка и по длинной шерсти на шее. Эти детали обычны в изображениях горных козлов в восточных областях Евразии. Губы животного, как всегда, представлены в виде широкой рельефной ленты, а контуры морды с легкой горбинкой на носу повторяют контуры морд горных козлов и баранов, изображенных на горноалтайских предметах, особенно на крышке саркофага из второго башадарского кургана[1107]. Да и в композиции зверей на крышке этого саркофага есть нечто общее с композицией южноуральской пластины. На ней тигры идут как будто бы спокойно, но в действительности они попирают лапами с распущенными когтями лежащих с подогнутыми ногами горных козлов и лосей, а раскрытые пасти хищников готовы ухватить свои жертвы за головы. В таком же состоянии показаны животные и на других сибирских и алтайских изделиях со сценами терзания. На них иногда хищники изображены мельче, чем травоядные животные[1108]. Например, на бляхе из коллекции C.T. Loo сцена терзания медведем горного козла показана в иной композиции: крупный горный козел стоит, опустив голову с огромными рогами, а небольшой медведь вцепился в бедро и как бы повис на ноге козла[1109].