Каждому понятно, как до слез бывает обидно, когда уже сидящая на крючке рыба вдруг у тебя перед носом срывается и падает обратно в воду. У Борьки таких срывов было уже три или четыре, но они его ничуточки не волновали. Ушла эта — через секунду будет другая. К тому моменту, когда на востоке над верхушками деревьев показался багровый солнечный шар, кукан, на который Борька насаживал добычу, уже радовал приятной тяжестью.

Дела шли отлично не только у Борьки с Денисом. Кружившиеся над озером чайки раз за разом пикировали в воду и, судя по серебряному блеску в клюве, делали это весьма результативно.

В общем, все было здорово. Вернее, почти все, потому что счастье, как известно, никогда не бывает полным. Это почти заключалось в том, что при такой интенсивности клева нечего было и рассчитывать «обловить» Дениса. А если они поймают примерно поровну… На какой-то миг Борька даже пожалел, что клев настолько хорош. Так каждый дурак поймать может! Вот если бы нужно было проявить подлинное мастерство, настойчивость, выдержку… Борька был уверен, что тогда он смог бы доказать свое превосходство. Закрыв на мгновение глаза, Борька представил себе, как Денис пустой возвращается в лагерь, разводит руками — что, мол, можно сделать, когда нет при себе японской углепластиковой удочки, на которую даже акул вытаскивают. И тут появляется он, Борька, с полным куканом. И все тут же понимают, что дело вовсе не в какой-то чудо-удочке, а совсем в другом. И Оля…

Но клев был. И как раз в тот момент, когда Борька обо всем этом думал, Денис поймал здоровенную красноперку, такую, что ее пришлось не выдергивать, как остальных, а выводить по поверхности воды, что Денис уверенно и проделал. Нужно было признать, что самая крупная из Борькиных плотвичек этой красноперке, что называется, в подметки не годилась.

— Смотри! — Денис гордо поднял рыбину над головой,

— Нормально, — небрежно, стараясь ничем не выдать своего огорчения, кивнул Борька.

Багровый шар уже целиком поднялся над дальним лесом. По воде пробежала первая полоска ряби, чего практически никогда не бывает в предрассветное время. Скоро за спиной, в лагере, прозвучит команда капитана Гранта: «Подъем!» — а значит, через полчаса на берегу появятся первые зрители. И, конечно, все будут дружно восхищаться Денисовой красноперкой, хотя ничего в ней особенного нет. На полкило и то не потянет.

Увлеченный своими мыслями, Борька не сразу заметил, что поплавок на его удочке скрылся под водой, а когда подсек, было уже поздно: окунишка, из тех, про которых говорят: «Я маленьких отпускаю, а больших складываю в спичечный коробок», заглотал червяка до самого хвоста. Перочинный ножик Борька, естественно, забыл в палатке, значит, извлекать крючок было нечем. Борька в раздражении потянул за леску резче, чем следовало, и, конечно, тут же оборвал крючок. Теперь нужно было привязывать новый, а время шло, и пока Борька копался в коробке со снастями, Денис вытащил одну за другой двух вполне приличных плотвиц. И в этот самый момент пронзительно зазвенел колокольчик…