Здравствуй, Оля! Привет, ребята! Мы дошли!

«Дункан» — он же «Николай Маркин» — отвалил от берега, но почему-то взял курс не параллельно суше, как предполагал Борька, а перпендикулярно, в сторону Хачина. Борька вопросительно посмотрел на капитана Гранта.

— Я же поручился, что на острове будут жить люди, — сказал капитан Грант.

12. РЫБАЦКОЕ СЧАСТЬЕ

Для настоящего рыбака рыбалка начинается задолго до того, как крючок с наживкой уйдет в воду. Радостное возбуждение овладело Борькой с того момента, когда капитан Грант сказал за обедом:

— Не надоел вам суп из концентратов? По-моему, тут были желающие накормить нас ухой.

Конечно, были! Еще как были! Борька наскоро доглотал свою порцию вермишели с тушенкой и, не откладывая больше ни на минуту, приступил к ответственнейшему делу.

Прежде всего следовало найти удилище. Вся нужная снасть была у капитана Гранта в рюкзаке, но ведь не станешь ее привязывать к первой попавшейся дубине! Сухие палки здесь не годились: удилище должно быть гибким. После тщательных поисков Борька увидел наконец заросли орешника. Здесь можно подобрать то, что нужно. Следующим этапом была оснастка удочки. Ведь для успешной ловли все имеет значение: толщина лески, размер крючка, чувствительность поплавка. Затем встал вопрос о наживке. Конечно, самая лучшая, универсальная наживка — это дождевой червяк. На него кто угодно клюет: и плотва, и окунь, и подлещик. Даже крупная рыба может схватить. Но где его взять, дождевого червя, если дождей уже целую неделю не было, а почва вокруг самая неподходящая — песок да глина… Штук пятнадцать червяков Борька сумел набрать, откатив в сторону лежавшие на поляне бревна. Но пятнадцать — это же несерьезно: при хорошем клеве на час не хватит. Пришлось делать тесто. Для рыбалки нужно совсем не такое тесто, из которого пекут пироги да оладьи. То — жидкое, растекающееся по сковородке. Так, во всяком случае, считал Борька. А ему нужно было упругое, такое, чтобы крепко держалось на крючке. Осторожно, по капельке добавлял он воду в миску с мукой и тут же начинал мять эту белую массу. Жидкое тесто приставало к миске, цеплялось за пальцы, но в конце концов Борька своего добился — на ладони лежал упругий кругляш. Теперь нужно было смочить его чуть-чуть подсолнечным маслом (для запаха, который почему-то нравится рыбам) и плотно завернуть в целлофановый пакет, чтобы до утра не засохло. И вот, наконец, осталось самое трудное — ждать, когда из кромешной ночной тьмы начнут неясно проступать очертания деревьев. Сначала — ближних, а затем и тех, что подальше. Когда прорежутся из сплошной серой массы контуры береговой линии и откроется поверхность озера, покрытая клочьями ночного тумана. Еще немного, еще чуть-чуть… Пора! Борька нащупал под соседним спальником коленку Дениса и решительно потряс ее.