И, заметив вопросительный взгляд лысого, пояснил:

— Они довольно долго пролежали на солнце. Солнце зарядило пустые батарейки, и их механизмы снова заработали. Не веришь?

Лысый не отвечал. Он смотрел на Полботинка и на Моховую Бороду с возрастающим интересом. Как гномы, только побольше. В детстве он бы непременно принял их за гномов. У одного даже борода. Быть может, они и есть что-то в этом роде… Гномы двадцатого века или как бы это назвать… Если хорошенько подумать, то ведь и волчий приёмыш тоже смахивает на ребёнка. Вдруг и он тоже, как их там…

У лысого мурашки побежали по спине. «Кажется, я впадаю в детство, — испуганно подумал он и постарался побыстрее отогнать мысли о гномах. — Какая чепуха! А ещё хочу быть краеведом…»

— Где я? — послышался голос Полботинка.

Он совсем очнулся и с любопытством приподнял голову.

— Вот видишь… — Бородатый с торжествующим видом посмотрел на лысого. — У этого плёнка опять включилась. А волчонок всё ещё спит в рюкзаке как сурок.

Не обращая больше внимания на Полботинка, бородатый подошёл к валявшемуся на траве рюкзаку, присел возле него на корточки и слегка похлопал по нему рукой.

— Пора вставать, — ласково позвал он. — Чай уже кипит. Пора вылезать из мешка и становиться человеком.

Полнейшее молчание. Ни единого звука. Ни малейшего движения в рюкзаке, сколько ни сверли его глазами.

— А вдруг с ним что-то случилось? — встревожился лысый — Уж не задохнулся ли он?

Бородатый тоже заволновался. Стал торопливо развязывать рюкзак. Ещё несколько напряжённых минут и…

— Травой набит!

— Что? — не понял лысый.

Бородатый поднялся.

— Сбежал! — сказал он. — Рюкзак набит травой.

Краеведы стояли взволнованные и удручённые. Как в траурном карауле.

— Всё пропало, — вздохнул лысый. — Мы сами виноваты. Как мы могли оставить его без надзора?

Полная растерянность и полная подавленность.

— Хотелось бы знать, кого мы теперь будем обучать? — проворчал бородатый. — Этих, что ли?