– Странное место, – сказал Леонид. – Вы уверены, что здесь безопасно?

Росси покачал головой.

– Не уверен. Но выбирать не приходится. К тому же химере здесь нравится.

Химера прошлась по площади, ковыляя и переваливаясь с ноги на ногу, словно бабушка с тяжёлыми сумками, и сильно удивилась, заметив своё отражение в блестящем металле. Она опустила голову и, не отрывая клюв от поверхности, стала мотать головой, будто искала лазейку или трещину, чтобы протиснуться внутрь.

Росси глядел на неё почти влюблённо, и Леонид улыбнулся, наблюдая за ним и химерой. Росси, перехватив взгляд Леонида, смущённо откашлялся и спросил:

– О чём вы говорили с Демидиным?

– Больше всего о его жизни. Я, кажется, начал догадываться, почему его сердце такое красивое.

– Почему?

– Только учтите, что я, наверное, сейчас какую-нибудь глупость скажу.

Он огляделся, собираясь с мыслями. Вокруг них был фальшивый город.

– Этот мир не выглядит правильным, как вы и сами видите, и мы сами, конечно, неправильные, и вся наша жизнь. Всё какое-то больное.

– Согласен, – сказал Росси.

– Но мне кажется, что правила, по которым живёт этот мир, более совершенны, чем он сам, – повторил Леонид. – Законы физики, по которым живёт Ур, лучше, чем сам Ур. Суть каждого человека красивее жизни, которую он проживает. Поэтому сердце каждого человека, а не только Демидина…

– Ваш Демидин – предатель и убийца! – яростно завопил Бафомёт.

Все трое: Леонид, Росси и химера – вздрогнули от неожиданности. Росси тихо выругался.

– Признаться, я надеялся, что ты больше никогда не появишься, – сказал он.

Разъярённая физиономия Бафомёта высунулась из нагрудного кармана Леонида.

– Я прекрасно изучил Демидина, – процедил он. – Это предатель, ненавидящий всё на свете, и больше всего самого себя!